Рейд ценою в жизнь
Лето 1941 года. После захвата немцами Ельни образовался опасный выступ, глубоко вдающийся в нашу оборону. Над войсками, защищавшими Вязьму, нависла смертельная угроза. Советское командование приняло решение уничтожить образовавшийся плацдарм. Но для удачной операции нужны точные сведения о противнике. Разведвзвод лейтенанта Глеба Шубина получает задание во что бы то ни стало добыть "языка". Несколько вылазок в немецкий тыл оказались неудачными. Группа то попадала в засаду, то оказывалась под минометным огнем врага. Кажется, удача отвернулась от лейтенанта. Но Шубин не привык сдаваться. В очередном рейде он решил использовать необычный прием…
Уничтожить расчёты, забросать гранатами миномёты. Держаться до нашего прихода, если мы, конечно, раньше не подойдём. Завьялов, бери своих, идёте со мной. Выставить охранение, двигаться без шума.
Взвод разделился, поползли по-пластунски, огибая развесистые кустарники, скопления валежника и бурелома. Возвышенность на опушке немцы подобрали грамотно – разместились на ней со всеми удобствами, работали по секторам.
Глеб прикинул на глаз – секунд пятнадцать, чтобы бегом взобраться на косогор, ещё примерно столько же на ликвидацию автоматчиков, окопавшихся у подножья. Очевидно, часть резерва в бою участия не принимала, ждали своего часа, загорая в пахучем клевере.
Налетели как стая волков – расстреляли в упор растерявшихся немцев. Большинство даже встать не успело, другие метались, валились как подкошенные.
Красноармейцы перепрыгивали через тела, бежали в верх – не такая уж и коломенская верста, автоматы перегрелись, жгли руки, но этого никто не замечал – азарт пьянил.
Пространство между опушкой и полком Рехтина погружалось в чёрный дым с редкими прорехами – чадил подбитый бронетранспортёр с белыми крестами на бортах.
На возвышенности находились четыре пулемётных расчёта с фактически неограниченным запасом боеприпасов. Двое успели подняться, схватились за автоматы. Дюжий детина, с мускулистыми конечностями, поднял пулемёт, попытался развернуть на нападавших. Им не хватило пары секунд, чтобы открыть огонь – пулемётчиков убили в упор. Всё действительно продолжалось не больше пятнадцати секунд – детина шмякнулся к первым, за ним попадали остальные.
– Антомонов, Вожаков, забрать пулемёты! – приказал Шубин: – Все вниз, помогать Аничкину. Завьялов, оставить двоих – пусть наблюдают за обстановкой, в случае опасности – немедленно сообщить.
У него имелись свои громилы – натуральные русские богатыри. Антомонов и Вожаков без всяких усилий уволокли тяжёлые пулемёты с удлинёнными стволами. На левом фланге, где работало первое отделение, гремели взрывы, захлёбывались автоматы. Полторы сотни метров пробежали за считанные секунды.
Аничкину было тяжело, он терял людей. Поставленную задачу его отделение выполнило – забросало гранатами миномётную роту – шесть миномётов, но она имела охрану из десятка пехотинцев. Фактор внезапности сработал, но горстка красноармейцев не могла работать на несколько направлений сразу.
Миномёты валялись в раскуроченном виде, в стороне ящики с минами, пара из которых, была открыта. Из расчётов никто не уцелел – валялись растерзанные тела, многим оторвало конечности. Отделение оказалась на открытом участке и попало под огонь охраны.
