Рейд ценою в жизнь

К запаху гари примешивалась вонь от сгоревшей резины, что-то приторное, сладковатое.

Замки двух пушек оказались полностью разбиты, у третьей обгорели каучуковые шины, на стволе красовалась вмятина, переломилась стальная станина лафета. Четвертая фактически не пострадала – перевёрнутая, она валялась в кювете, порвалась стяжка, перевернулся тягач, транспортировавший орудие, пушку развернуло и отбросило в сторону.

Брянцев довольно урчал, ощупывая её, чуть не облизывался. Потом сообщил дрожащим голосом, что не видит особенных повреждений – затвор целый; ствол в порядке; деформировано левое колесо и одна станина. Пушка превратилась в хромоножку, но это ерунда, шесть здоровых мужиков дотащат, по семьдесят кило на брата – какой пустяк. Отыскались четыре снаряда: два бронебойных; два осколочных, их аккуратно сложили в вещмешки. Заряда оптимизма хватило ненадолго, на пушку навалились как «лебедь рак и щука», пока сообразили как работать слаженно – семь потов сошло.

Орудие было тяжелее, чем представлялось сначала. Впрячься в одну упряжку тоже оказалось невозможно. Разведчики рвали жилы, обливались потом, кряхтели. На асфальте было бы проще, но не на этих буграх и буераках. Постоянно разваривались раздвижные станины – их было невозможно закрепить, за них и волокли – четверо спереди, двое сзади. Пушка двигалась рывками, иногда удавалось проволочь метров двадцать, потом отнимались руки и в глазах метались розовые черти.

– Покурить бы надо, мужики, – стонал Глинский. – Без перекура никакая работа не ладится.

Но вскоре приспособились – каждый занял свое место; стали тянуть одновременно, не путались друг у друга под ногами, даже дыхания вошло в такт. Пушку протаскивали на тридцать метров, делали передышку, тащили дальше.

Появление Мостового с южной стороны оказалось так не кстати – он мчался сломя голову, махал руками: «Уходите, машины едут!».

Разведчики выругались – вот что значит закон подлости. Сутки, по этой дороге никто не ездил – и вдруг понадобилось.

«Уходите! – махал Мостовой. – Они за поворотом. Скоро появятся. Сюда едут. Это штабная машина и бронетранспортёр.».

Что происходило? Транспорт направлялся явно к хранилищу. Откуда – теперь уж точно не из села Раздельное. Как это связано с опасным содержимым арсенала, вход в который разведчики не контролировали уже целый час?

– Спускайте пушку в кювет, быстро! – скомандовал Шубин.

– И с песней! – нервно засмеялся Друбич.

На этот раз получилось ловко – навалились с одного конца, перевернули в канаву водостока – нечего ей делось посреди проезжей части. Увидите – в ста метрах от колонны ей тоже делать нечего, но это не исправить, уже не могли. Бранясь как сапожники, красноармейцы перемахнули через косогор, дружно упали в лощину за дорогой.