Реки не замерзают

Рядом с толстяком примостились две скромного вида

женщины, похожие на учительниц, далее — насупленная особа в очках, тоже

женского пола, по виду бухгалтер или кадровик. Ее как раз пригласили в

начальственный кабинет и освободившееся место занял нервный молодой человек с

кипой бумаг в руках. В приемную вообще непрерывно кто-то заходил, справлялся о

чем-то у секретарей и тут же удалялся прочь. При все этом постоянно звонили

телефоны и стрекотали факсы. ""Ну и жизнь, — подумал Петр Варфоломеевич, —

не позавидуешь"".

— Примет до

обеда или нет? — с сомнением покачал головой толстяк. — Сегодня вроде в

настроении хозяин?

— А у меня на

одиннадцать, — глядя на часы, показывающие уже одиннадцать с четвертью,

поделился Петр Варфоломеевич, — сейчас, наверное, меня…

— А! —

пренебрежительно махнул рукой толстяк. — Забудьте. Эти вон с девяти сидят, — он

кивнул в сторону словно окаменевших учительниц, — и еще столько же просидят,

будьте уверены.

— Я конечно не

знаю, — пожал плечами Петр Варфоломеевич, — но ведь должен быть порядок…

— Это я не

знаю, — оборвал его толстяк, — денег сунут в зубы или просто в зубы.

— А вы по какой

надобности? — спросил Петр Варфоломеевич, предположив, что и сосед пришел к Грибову

с какой-то просьбой.

— По самой

насущной, — скривился толстяк, — вот думаю, уволят меня или премией поощрят?

Работаю я у хозяина директором одного производства. Вроде и нормально все, но,

с другой стороны, может место мое кому понадобилось? Вчера по телефону наорал,

вызвал срочно. Вот и думай, зачем?"

"Тут на Петра

Варфоломеевича накатило и обволокло густое парфюмерное облако. Он оторвал

взгляд от собеседника и увидел как в приемную вплывает массивных размеров

женщина, плотно упакованная в куцую во все стороны одежонку, уж слишком явно

недостаточную для столь крупных габаритов хозяйки. Все, что оставалось вне

костюмчика, неопрятно выпирало и колыхалось, как студенистое желе. Однако,

женщину, похоже, это вовсе не смущало. Она уверено подошла к секретарским

столам, постучала пальцем по своим ручным часикам и кивнула на дверь кабинета

Грибова. Одна из секретарш отправилась к хозяину для выяснений, а обширная

мамзель, кокетливо оглядев всех присутствующих мужчин, махнула из-за спины

рукой: в приемную стайкой, как юные гусыньки, втянулись несколько молодых девиц

в вызывающе коротких юбках. Парфюмерный запах совсем загустел, и Петр

Варфоломеевич, сделав задумчивый вид, устремил взгляд на свои колени и

незаметно зажал нос. Все же он успел заметить — или показалось? — что

обложенные тушью глаза новых посетительниц внутри пустые, словно выедены

червями — не глаза, а дыры, одним словом.