Иллюзия греха

Мягко ступая по полу в одних носках и держа в руках легкие летние туфли, он следом за Ирой вышел в прихожую и выскользнул за бесшумно открытую дверь, успев торопливо коснуться губами щеки девушки. Дверь тихо закрылась за ним. Олег перевел дыхание, надел туфли и медленно пошел вниз по лестнице. Впервые за последние дни он пожалел о том, что оставил машину возле «Глории». Внезапная усталость была такой сильной, что десятиминутная прогулка по ночной прохладе, которая раньше радовала его, сейчас представлялась Олегу каторжным трудом. На улице, однако, он почувствовал себя намного лучше.

Наверное, во всем виновата духота, от духоты он так расклеился. Жестеров приободрился и уже веселее зашагал в сторону «Глории», не подозревая о том, что его длинные мускулистые ноги отмеривают последние метры, которые ему суждено пройти по грешной земле.

* * *Субботы, а частенько и воскресенья он давно уже привык проводить на работе, в своем кабинете. Сегодня тоже была суббота, и он, как обычно, сидел за своим письменным столом, разложив перед собой бумаги — отчеты, справки, анализы, результаты экспериментов.

Но уже битых два часа бумаги эти лежали нетронутыми. Валерий Васильевич смотрел на них невидящими глазами и никак не мог собраться с мыслями. Два часа назад позвонила Вера и срывающимся голосом пролепетала:

— Олега убили.

Подробностей она не знала. Просто проснулась вместе со всеми жильцами многоквартирного дома, когда около трех часов ночи под окнами прогремел взрыв. Конечно, она испугалась, встала с постели и выглянула на улицу. И сразу увидела, что горит их гараж — металлическая «ракушка».

Сначала она даже не подумала об Олеге, просто решила, что кто-то подорвал дешевенький гаражик из чистого хулиганства. И только спустя полчаса, когда уже приехали пожарные, милиция и «скорая», выяснилось, что взрыв произошел, когда Олег ставил машину под «ракушку».

Валерий Васильевич успокаивал Веру как мог, но сам плохо слышал себя, думая только об одном: «Обошлось. Снова меня Всевышний уберег. Обошлось».

Он ни в коем случае не мог допустить, чтобы муж Веры Жестеровой привел к нему свою знакомую на консультацию.

Все что угодно, только не это. Назначив визит на пятницу, он надеялся что-нибудь придумать, но ничего толкового в голову не пришло, и он просто перенес консультацию на понедельник. К понедельнику он рассчитывал либо заболеть, либо срочно уехать в командировку на консилиум к какому-нибудь высокопоставленному серьезному больному, либо еще что-то... И вдруг такая удача! Он не мог поверить сам себе. Правда, кое-какие сомнения его еще гложут.