Иллюзия греха

Ждать пришлось долго, до четырех часов, пока рынок не начал понемногу пустеть. Наконец Зоя увидела, как Ира направилась к выходу.

— Простите, вас зовут Ирой? — спросила она, подходя к ней.

— Ну, Ирой, — не особенно вежливо ответила девушка. — Что надо?

— Поговорить.

— О чем?

— О вас. И обо мне. И о Валерии Васильевиче Волохове.

Лицо Иры моментально изменилось, выражение настороженной агрессивности исчезло, уступив место сочувствию.

— Вы его жена, да?

— Нет. Давайте отойдем куда-нибудь, здесь очень людно.

— Пошли, — скомандовала Ира, ловко пробираясь сквозь толпу, которая все еще была достаточно плотной. — Здесь есть одно место, где можно посидеть.

Она привела Зою на железнодорожную платформу. Здесь действительно было много скамеек, но все они были заняты людьми с сумками и рюкзаками, ожидающими электричку.

— Вы не смотрите, что народу много, сейчас поезд подойдет, и они все уедут. Поезда часто ходят, каждые десять-пятнадцать минут.

И в самом деле, из-за поворота железной дороги сначала послышался гудок, потом показалась электричка. Народ на платформе оживился, похватал свои сумки и котомки и ринулся в раздвинувшиеся двери. Скамейки опустели, теперь можно было выбирать любую."

"— Пойдемте вон туда, там тень, — сказала Ира, показывая на скамейку, рядом с которой росло дерево. На самом деле росло оно внизу, за платформой, но было таким высоким и кривым, что его ветки действительно нависали над скамейкой, укрывая ее от палящего солнца.

Они сели, но Зоя вдруг утратила всю решимость и теперь не знала, как начать разговор и нужен ли он вообще. Что она может сказать этой девочке и о чем ее спрашивать? Но Ира первая прервала неловкое молчание.

— Вы уже все знаете про Волохова?

— Да, — коротко ответила Зоя.

— И знаете, что он мой отец?

— Да, мне сказали. Ира...

— Что?

— Вам очень трудно живется?

— Очень. Но ничего, нормально. Я справляюсь. А почему вы спросили?

— Сама не знаю. Вы меня простите, я, наверное, кажусь вам глупой. Дело в том, что я жду ребенка.

— От него?

— Да. И я не знаю, что мне делать.

Ира повернулась к ней, удивленно взглянула.

— А что же можно сделать? Рожать.

— Но как же... Я ведь теперь знаю правду. И я боюсь.

— Боитесь? Чего? Ах, да, понятно, вы такая же, как моя мама, тоже думаете, что его дети — чудовища. Никогда ее не прощу за то, что она сделала. Вам рассказывали о нас?

— Да, я все знаю.

— И ваш ребенок не простит, если вы его убьете, — очень серьезно сказала Ира. — Не берите грех на душу. Вас как зовут?

— Зоя.

— Вы давно... с ним?

— Меньше года.

— Бедная вы, бедная.

Ира осторожно взяла ее за руку и неловко погладила.

— Не бойтесь ничего, Зоя. Рожайте. А я вам помогу.

— Чем же вы мне поможете? — горько усмехнулась Зоя. — Вы сами нуждаетесь в помощи.

— Ни в чем я не нуждаюсь, — внезапно огрызнулась девушка.