Ритуал для призыва профессора (СИ)

 — Вы далеко собрались?

Поморщившись от такой постановки вопроса, все же решила отвечать и не провоцировать очередной скандал.

— На кафедру, узнать есть ли у вас ватманы, — ровно произнесла я.

— Что есть? — не понял мужчина.

— Ватман — это большой лист бумаги, на нем обычно рисуют схемы или изображения. Как наглядное пособие, — сбивчиво объяснила я.

— А, понял, — декан мило улыбнулся, — это в библиотеку к Хроноку. Он все выдаст. — ДолСоу странным скупым жестом потер шею, а я уловила слабый запах перегара. — Я вас вот для чего остановил, мне нужен список всей документации, что у вас есть: лекции, проверочный материал, учебная программа.

— Ее я уже сдала ХоШио, — перебила я декана.

Он недоверчиво на меня глянул и уткнулся в свои бумаги, что держал в руке.

— Сдали? — мужчина просмотрел пару листков. — Она мне не показала. Нужно будет уточнить. А еще что-нибудь ей показывали?

— Да, — я кивнула в ответ, — лекции. Они на кафедре в ящике у моего стола.

— Хорошо. Ты не возражаешь, если я открою и взгляну что там? — спросил он вполне вежливо.

— Конечно, — снова кивнула я.

Ничего более мне не говоря, ДолСоу уверенным шагом направился по аллейке к административному корпусу.

И где истерики? Скандалы? Где приставания?

Даже подозрительно как-то.

Хмыкнув, я отправилась за плакатами в библиотеку.

А на душе было неспокойно: воспитанный и спокойный ДолСоу насторожил.

Правда, стоило мне получить заветный ватман и местный аналог карандашей, как декан вылетел из моей головы. Теперь меня заботили другие вопросы: что рисовать в первую очередь, как нарисовать красивее и понятнее и, вообще, будет ли плакат интересен студентам.

Остаток дня, я просидела в комнате. Одной рукой уплетая икру ложкой, второй рисовала типы мышечной ткани на огромном листе плотной бумаги. Рядом на столе стоял большой таз с крабом, которого я так и не решилась живьем закинуть в кипящую воду. Так что сейчас он спокойно сидел в чистой водичке и ловил клешнями кусочки мяса, что ему туда накрошил мой дракончик.

При этом, кормя мой несостоявшийся ужин, Дрюня заглядывался на мои художества и морщился, не понимая, чего я там мазюкаю.

Съев очередную ложку икры, я отодвинула ведерко в сторону. В больших количествах она почему-то в меня не лезла и после нее сильно хотелось пить. Убрав тару с деликатесом, я покосилась на казанок тушеной картошки с овощами, одиноко стоящий на печи.

Куда столько наварила? Раньше я для Леши готовила, а теперь Дрюньке скармливать, что ли.

Так печально на душе стало.

Подойдя к окну, чтобы задернуть шторы, с удивлением заметила внизу сидящего на низкой лавочке Хаула. Молодой мужчина неотрывно смотрел вверх на меня.