Ритуал для призыва профессора (СИ)

Комната медленно погружалась в сумерки.

— Ирина, такая посудина нам подойдет? — вынырнув из темного угла, Хаул показал мне деревянную кадку. — Больше ничего подходящего я не нашел. По-хорошему, в город бы сходить и там заказать у мастеров что-то специальное. Но уже вечер и все закрыто.

— Да, конечно, пойдет, абы мою ванну оставили в покое.

Забрав у мужчины тару, я пристроила ее рядом с печью. Дрюня пусть сам разбирается со своим Клацом: краб — не моя забота. К слову, золушек все еще разводил активную деятельность в ванной, но соваться туда я больше не хотела.

— А что это? Я еще в прошлый раз обратил внимание, да спросить постеснялся, — Хаул крутил в руках удочку Алексея.

Я впервые за все время, что живу здесь, обратила внимание на эту гору хлама из багажника. Моя машина все так же сиротливо стояла на газоне, иногда возле нее крутились студенты, но не трогали."

"А в комнате у меня помимо запаски лежала арматура, которой я на ДолСоу замахивалась, сумка с инструментом, домкрат, и большой рыбацкий рюкзак, принадлежащий бывшему. Вот он и заинтересовал моего храмовника. Хаул, отложив удочку, теребил застежки, пытаясь добраться до его содержимого.

Подойдя ко всему этому богатству, вытащила рюкзак и, распахнув, показала его все, что там сокрыто своему жнецу.

— Это чтобы рыбу ловить, — пояснила я, — там перебрать нужно, может, выкинуть половину.

Я порылась внутри и вынула пластиковые коробки с блеснами, силиконовыми и поролоновыми приманками для спиннинга. Отдельно в чехле обнаружились и удочки. Часть их валялась просто так. Сдвинув в сторону инструменты, нашла и короб для зимней рыбалки. Похоже, Лешенька остался совсем без снастей. Я подленько захихикала себе под нос.

— А чье это? — мой муж с любопытством вскрывал коробку за коробкой и изучал их содержимое.

— Моего деда, — сознательно солгала я, хотя и неприятно было. Но понимала ведь, скажу правду — избавится от всего. Так что, пусть будет ложь, хуже от этого никому не сделается. — Он любил рыбачить и меня учил тоже. Мы часто на реку выезжали семьей.

А вот это было уже правдой.

— Я тоже люблю рыбачить, — Хаул с интересом разглядывал крючки, грузила, поплавки, да катушки с леской. — Как домой вырываюсь, так с отцом сутки на речке пропадаем.

— А вы как ловите? — мне стало любопытно.

— Ну, — Хаул пожал могучими плечами, — палка, к ней привязываем плетеную веревку, а дальше на тонкую чуть согнутую иглу насаживаем червей или личинок мух. В общем, что рыба берет. Но это, конечно, куда совершеннее.

Он снова схватил удочку и крутил зажатый в пальцах острый крючок. Столько восторга было в его глазах, что я успокоилась. Да, соврала, но оно того стоило. Моя маленькая ложь, обернулась радостью для любимого мужчины.