Роковое селфи

Операции на неделю вперёд снять с меня. И ещё, будьте другом — закажите уборщицу на мой адрес на завтра. Да нет, ничего особенного. Просто закажите и всё. Пока. Телефон отключаю.

И отключил. Не могу тут сидеть. Уже вечереет. Сколько же часов я здесь всё громил? Не помню. Никогда ещё так не крыло меня.

Поеду в бар бухать. Может, так мне станет легче, если я отравлю своё тело. Душа давно отравлена, хоть собери и выкинь. Только как? Моя душа вся её... Я будто в тюрьме карусели её образов. Она везде...

Принял душ, переоделся и вызвал такси. В баре уселся за стойку и заказал водки. Стопка за стопкой, а мне всё хреновее. Такое себе средство глушить душевную боль.

Я прилично набрался. Зацепился за кого-то. Подрались. Теперь у меня ещё и морда в хлам. Я нарывался. Хотел, чтобы физическая боль перебила душевную. Секундное облегчение, а мы все выкинуты из бара охраной. Ладно, хватит приключений — поехал домой.

Приехал. Не разуваясь, пошёл в спальню. Морда в крови, ботинки грязные, да и одежда тоже заляпана прилично. Лёг прямо так на кровать. Скрутился калачиком. Выпрямиться после боёв без правил невозможно. Засыпаю. А там опять Она. Целует меня и гладит по волосам нежными руками актрисы. Смотрит на меня своими карими лисьими глазами.

Сука. Ненавижу...

Да отпусти ты меня!

Какая дрянь!... Дрянь...

Дрянь.

***

Аля.

Аня осталась ночевать со мной, и последующие несколько ночей тоже. Только когда она убедилась, что я начинаю успокаиваться, и истерики стали гораздо реже, она снова поехала к себе. Жила девушка одна и, зная о том, что мне некуда съезжать, пригласила меня пожить с ней, пока я не найду другую квартиру. Я была рада её предложению, и вскоре мы оказались с Аней на одной территории её крохотной однокомнатной малометражки. Добираться до театра теперь пришлось дольше. Ну, ничего — где наша не пропадала!

27.

Спустя месяц.

Аля.

Хотелось бы сказать, что мне стало легче, и время лечит.

Не стало. День за днём мои пытки продолжались. Если днём я ещё могла чем–то отвлечь себя, то наступления ночи я боялась до дрожи. Я стала бояться засыпать. В моих снах каждую ночь был Он. Тот, чьего имени я больше не хотела произносить ни вслух ,ни про себя.

Он был нежен и ласков, иногда страстный. Но неизменно сны заканчивались одним и тем же — плачущей мной, порой до истерики и икоты.

Я не думала, что так бывает, что ТАК можно страдать. Мне казалось, это меленький ад не закончится никогда. Как бесконечная казнь ночью сурка.

Я думала, хуже уже некуда… Но потом началась тошнота по утрам, усталость, вялость...и задержка.

Скрепя сердце, я отправилась в аптеку за тестом.

— Блядь!! — услышала Аня мой вопль из ванны.

— Ясно. Тест можешь не показывать, — вздохнула та.

***

Потом была череда исследований, гинекологов и прочей беременной чепухи.