Роман о двух мирах
Молодая и талантливая пианистка, страдающая от тяжелой депрессии, по совету врача решает сменить обстановку и отправиться с друзьями в Канны. Там она заводит знакомство с итальянским художником Рафаэлло Челлини. Он видит, что девушке не становится лучше, и предлагает обратиться к своему другу в Париже, практикующему крайне экстравагантный метод лечения при помощи электричества.Кто же он – этот загадочный человек, кому она готова доверить свою жизнь? Искусный и циничный шарлатан – или могущественный целитель, которому открыто многое, неизвестное простым смертным?..
– А то! – И мадам Дениз подошла ко мне вплотную и приняла заговорщицкий вид. – Сюзанна – уверяю вас, мадемуазель, она очень респектабельная девушка – сказала, что однажды вечером шла по коридору возле будуара мадам Казимир и увидела похожий на пламя свет, пробивавшийся сквозь шторы. Она остановилась и услыхала странную музыку, похожую на звуки арф. Она осмелилась подойти ближе – Сюзанна храбрая девушка, мадемуазель, и в высшей степени добродетельная, – и приподнять портьеру, чтобы можно было заглянуть внутрь. И представьте себе, что она увидела.
– Ну и что же? – нетерпеливо воскликнула я. – Что же она увидела?
– Ах, мадемуазель, вы мне не поверите, – хотя у Сюзанны Мишо очень респектабельные родители и она не стала бы лгать… Так вот, Сюзанна видела госпожу, мадам Казимир, стоящую возле дивана, раскинув обе руки в стороны, словно она обнимает воздух. Вокруг нее – хотите верьте, хотите нет, мадемуазель, – вилось кольцо света, словно красное пламя, которое будто бы становилось все больше и краснее. Вдруг мадам побледнела, а потом и вовсе упала на диван замертво, а красный огонь погас.
Я начала смеяться.
– Ваши слова только усиливают желание уйти, мадам Дениз. Кроме того, доктор Казимир уже сделал мне много добра. Вы наверняка слышали о нем не только дурные слухи?
Маленькая женщина серьезно задумалась, а потом с неохотой сказала:
– В квартале бедняков его очень любят, что правда, то правда. У Жана Дюкло – он старьевщик – от брюшного тифа умирало единственное дитя, а тот мог лишь наблюдать, как сын борется за каждый глоток воздуха – ребенок был на грани смерти.
"Ни один из ее аргументов не поколебал моей решимости, и я с радостью переехала в отель «Марс».
















