Россия — Советский Союз, 1917–1945 гг.

в небольшом местечке Рапалло, расположенном в предместье Генуи, германский министр иностранных дел Вальтер Ратенау и нарком иностранных дел Георгий Васильевич Чичерин подписали советско-германский договор, по условиям которого:

• были установлены дипломатические и консульские отношения между двумя державами;

• Германия признавала национализацию германской государственной и частной собственности в РСФСР и отказывалась от любых претензий при условии, что Совнарком РСФСР откажется удовлетворить аналогичные претензии других европейских государств;

• было подписано новое взаимовыгодное торгово-экономическое соглашение, основанное на принципах полного равноправия и партнерства обеих сторон.

"

"По мнению большинства историков (К. Гусев, В. Попов, К. Гаджиев, Л. Нежинский), подписание Рапалльского договора не только стало крупной победой молодой советской дипломатии, но и открыло широкую дорогу дипломатического признания СССР ведущими мировыми державами. Однако данная оценка грешит явным преувеличением, что зримо показала работа Лозаннской конференции (ноябрь 1922 — июль 1923 гг.

), где обсуждались острые вопросы черноморских проливов и свободы торгового мореплавания. Проект советской делегации, основные положения которого были сформулированы В.И. Лениным, предусматривал восстановление «прав турецкого народа на принадлежащие ему территорию и водное пространство», закрытие черноморских проливов «для всех военных и вооруженных судов и военной авиации» и полную свободу торгового мореплавания.

Общая позиция государств Антанты, напротив, предусматривала свободный проход через черноморские проливы всех военных судов и в мирное, и в военное время.

Более того, глава английской делегации министр иностранных дел Дж. Керзон потребовал срочно провести демилитаризацию проливов и установить над ними международный контроль. В результате работа конференции полностью зашла в тупик, и в ее работе был объявлен перерыв. В апреле 1923 г. главы всех дипломатических миссий покинули Лозанну и вернулись за стол переговоров только через три недели. На втором этапе конференции главы дипломатических миссий западных держав встали на путь прямой дискриминации советской делегации: они не известили ее главу постпреда В. В. Воровского о возобновлении работы конференции, а когда он все-таки прибыл в Лозанну, его даже не пустили за стол переговоров.

Более того, в начале мая 1923 г. английский министр иностранных дел Дж. Керзон направил в адрес советского правительства наглый ультиматум, в котором потребовал:

1) уплатить британской короне компенсацию за арест и расстрел ряда членов антисоветской диверсионной группы П.