Россия — Советский Союз, 1917–1945 гг.

Кара-Мурза) справедливо сомневаются в достоверности всех этих цифр, которые не подтверждаются ни статистическими данными, ни документальными источниками, и во многом взяты просто «с потолка» именно тогда, когда высшая политическая власть в лице А.Н. Яковлева и Ко, а затем в лице разного рода «грантоедских» зарубежных фондов типа «Фонда Сороса», поставила главную политическую задачу — «мочить сталинизм».

4. Третий этап политики коллективизации в годы второй пятилетки (1933―1937)В январе ― мае 1933 г. начался новый этап колхозного строительства, который, по мнению многих историков (В.

Данилов, Д. Боффа, Н. Верт, М. Горинов), ознаменовался существенным смягчением политического курса и прекращением массовых репрессий против советского крестьянства. В частности, в мае 1933 г. за подписями И.В. Сталина и В.М. Молотова в районные и областные комитеты ВКП(б) была разослана секретная директива, в которой было заявлено о том, что «в новой благоприятной обстановке» возникла реальная возможность прекратить применение «острых форм репрессий» и «массовых выселений кулацких элементов» в отдаленные регионы страны. "

"Не все современные авторы (И. Зеленин) разделяют эту точку зрения и утверждают, что существование в 1933―1934 гг. политотделов при МТС, которые окончательно завершили чистку советской деревни от классово чуждых элементов, не дает основания говорить о каком-то особом периоде «колхозного неонэпа».

В январе 1933 ― январе 1934 гг. выходит целый ряд совместных постановлений ЦК ВКП(б) и СНК СССР, в том числе «Об обязательных поставках зерна государству колхозами и единоличными хозяйствами» и «О закупках хлеба потребительской кооперацией», в соответствии с которыми:

1) Были четко установлены сроки и объемы обязательных государственных поставок зерна и другой сельхозпродукции, которые не могли превышать одной трети валового сбора всей аграрной продукции, произведенной в рамках одного единоличного хозяйства.

При этом и крестьяне, и колхозники были обязаны строго выполнять все поставки государству, а местным органам партийной и советской власти в категорической форме было запрещено нарушать или повышать объемы данных поставок в государственный резервный фонд.

2) Закупочные цены на излишки зерна и другой сельхозпродукции, реализация которых могла осуществляться через органы потребкооперации, должны были превышать заготовительные цены на 20―25%, а все хозяйства, сдавшие свою сельхозпродукцию по твердым государственным расценкам, получали право на льготное кредитование и приобретение необходимой им промышленной продукции по существенно заниженным ценам.