Россия — Советский Союз, 1917–1945 гг.

, львиную долю составляли безнадежно устаревшие машины типа «Киттихок», «Томагавк» и «Харрикейн», которые существенно уступая немецкому «Мессершмиту» и советскому «Яку» по скорости и маневренности и не имели даже пушечного вооружения. Что касается новейших истребителей «Аэрокобра», то в 1941 г. их было поставлено всего 11 штук. Аналогичная картина наблюдалась и с хвалеными английскими бронемашинами — легким танком «Валлентайн», который советские танкисты окрестили «Валентина», и средним танком «Матильда», которую те же танкисты обозвали еще хлестче — «Прощай, Родина», поскольку их тонкая броня, пожароопасные карбюраторные двигатели и допотопная трансмиссия делали эти танки легкой добычей немецких артиллеристов и гранатометчиков. Причем, если британские джентльмены все же блюли некие приличия и, периодически посылая товар по принципу «на тебе, Боже, что нам не гоже», хотя бы доставляли его в оговоренном количестве, то американцы просто внаглую срывали все поставки: обещали прислать в 1941 г. 600 танков и 750 самолетов, а реально послали 182 танка и 204 самолета. Причем их хваленый средний танк М-3 («Ли») получил у советских танкистов горестно-ироническое прозвище «братская могила на шестерых».

Та же история повторилась и в 1942 г.: если советская промышленность выпустила в этот год более 5,9 млн единиц стрелкового оружия, 287 тыс. орудий и минометов, 24,5 тыс. танков и самоходных орудий и 21,7 тыс. самолетов, то по ленд-лизу за январь ― октябрь 1942 г. было поставлено всего 61 тыс. единиц стрелкового оружия, 532 единицы орудий и минометов, 2703 танков и самоходок и 1695 самолетов. Причем, с ноября 1942 г., то есть в самый разгар битвы за Кавказ и Сталинград и проведения операции «Марс», поставки вооружений практически полностью прекратились. По информации историков (М. Супрун), эти перебои начались уже летом 1942 г., когда немецкая авиация и подлодки разгромили печально знаменитый караван PQ-17, брошенный на произвол судьбы по приказу британского адмиралтейства своими же конвойными судами. Результат оказался катастрофическим: до советских портов дошло всего 11 из 35 судов, что и было использовано в качестве предлога для приостановки отправки следующего конвоя, который отплыл от британских берегов только в сентябре 1942 г. Причем, новый караван PQ-18 потерял по дороге 10 транспортов из 37, и очередной конвой был отправлен только в середине декабря 1942 г. Таким образом, когда на Волге шла решающая битва всей Второй мировой войны, в Мурманск и Архангельск пришло поодиночке менее 40 судов с ленд-лизовскими грузами. В связи с этим обстоятельством у многих возникло законное подозрение, что в Лондоне и Вашингтоне все это время просто выжидали, в чью пользу завершится сражение под Сталинградом.