Русская наследница

Все в нем было крепко, прочно и если не спокойно, то стабильно. Он вписался в новый поток. И уже не представлял, что может внести в его жизнь непредсказуемая фанатичная Светка. Любить ее он уже не мог — стал другим. Как бы вошел в следующую стадию развития. И на этой стадии, возможно, ему была нужна совсем другая женщина? Хотя об этом Шатров не задумывался. Ему было некогда. И среди возникающих знакомств ни одно не захватило его с головой Возникающие связи лопались как мыльные пузыри, и Шатров никогда об этом не сожалел.

Встречу с Катей поначалу Марат и не расценивал как знакомство с женщиной. Просто Катю прибило к нему, как потерпевшее кораблекрушение судно прибивает к незнакомому берегу. Так было вначале. А потом…

Шатров маленькими глотками пил горячий кофе и посматривал на телефон. Что это? Шантаж? Или просто кто-то решил испортить ему настроение? Последним и единственным известием о судьбе Светки была статья в центральной газете о деятельности секты. По фотографии он узнал главаря — именно с ним Марат разговаривал тогда, давно. В статье содержалось нечто страшное: секта свершила акт самосожжения в одном из городов бывшей братской республики.

И все-таки вновь запиликавший телефон ударил по нервам.

Он поднял трубку и услышал все тот же хрипловатый женский голос.

— Что скажете, Марат Борисович? Соскучились, наверное, по жене?

— Девушка, — стараясь не придавать голосу особых эмоций, проговорил Марат, — меня давно перестала интересовать судьба этой женщины. Наши пути, как вы наверняка знаете, разошлись. Так что каковы бы ни были ваши намерения, они…

— Не горячитесь, Марат Борисович, — усмехнулись в трубке. — Речь идет не только о вашем личном интересе. А ваша дочь? Что она знает о своей матушке?

— Что-о?! — взревел Марат. — Да вы… Да я…

Он почувствовал, как кровь хлынула к голове, а пальцы, сжимающие трубку, похолодели.

— Не паникуйте, — успокоили там. — Девочка не узнает ничего лишнего, если вы поведете себя правильно.

— Что значит — поведу правильно?! — не унимался Шатров. Он лихорадочно соображал. В спальне, в кармане пиджака, лежал блокнот с телефоном знакомого следователя. — Чем таким может заниматься моя жена, черт возьми, если она все-таки жива?"

"— Да чем угодно… — Похоже, на том конце провода забавлялись его замешательством. — Она может, например, шарить по помойкам в поисках куска хлеба и по подвалам в поисках ночлега. А возможно, она делает карьеру на панели…

Шатров бросился в спальню. Он нащупал блокнот во внутреннем кармане пиджака.

— Ну, для панели, девушка, Светлана, предположим, несколько устарела. Как-никак мы с ней одного возраста…

Прежде всего нужно позвонить на АТС и узнать, откуда звонили.

— Пристрастие к наркотикам — тоже не исключается, а? — рокотал голос.