Русская наследница

 — Пока я не могу забрать его, но…

— Значит, это к нему ты так часто уезжала?

— К нему.

— Ой, Катя! Даже бабушка не знает?!

— Никто. Только Филипп. Я ему тогда, в ресторане, рассказала. Мне нужна была его помощь.

— Ты на меня сердишься из-за ресторана? — донеслось из-за двери.

— Нет, нисколько. Все к лучшему.

— Ничего не к лучшему, — тихо возразила Аня. — Это из-за меня Виталька попал под машину! Я бежала, они кричали мне — он и Филипп, — а я как дура… А потом…

Катя слышала, как безудержно рыдает племянница, и тоже зашмыгала носом.

— Зато ты поняла, как любишь брата, — сказала Катя."

"— Да, я люблю его! Он самый добрый! — кричала сквозь рыдания Анька, разгребая завалы у двери. — Он всегда мне свои конфеты отдавал, когда нас угощали! И от Петюни защищал, когда тот жил у нас. Виталька хороший, а я — плохая!

— Не говори глупостей!

В следующую минуту Катя уже пробралась в Анюткину комнату и увидела племянницу среди перевернутых стульев, диванных подушек и прочей белиберды. На полу стояла швейная машина. Это она, вероятно, так плотно прижимала дверь.

— Да, Катя, я знаю, что говорю, — серьезно глядя на тетку, возразила племянница. — Я хотела, чтобы у меня не было брата, я стеснялась его. Я думала, что если Витальки не будет, то подруги будут приходить ко мне и мальчишки захотят со мной дружить. Даже, — Анютка заговорила шепотом, — я даже думала, что, может, папа бы не ушел от нас, если бы не было Витальки!

Аня смотрела на тетку с испугом.

Видимо, она осмелилась выложить тетке свою «страшную тайну» в ответ на еще более «страшную». Не поделись с ней Катя своим секретом, глодала бы Анютка себя еще долго…

— А теперь? — осторожно спросила Катя.

— Теперь я думаю, что все это ерунда — подруги и все такое… Пусть только Виталька будет жив, пусть берет мои картинки, пусть гоняет свои мячи, пусть ко мне никто не ходит.

Катя глядела на девочку, не зная, что сказать. А слова были так важны!

— Ты становишься взрослой, — проговорила Катя, — и начинаешь понимать — что важно, а что — не важно. А к Витальке мы обязательно пойдем, ты сама поговоришь с ним.

Они обнялись и сидели так, думая каждый о своем. Вонзившийся в тишину звонок заставил их вздрогнуть.

Аня кинулась наводить порядок в комнате, а Катя пошла открывать. На площадке стоял Шатров с Катиными валенками в руках.

— Вот… валенки…

Катя кивнула и отступила в глубь прихожей. Того особого настроения, которое случилось в ресторане «Орбита» три дня назад, как не бывало. Кате было неловко оттого, что большому Шатрову была тесновата Дашина прихожая, что в соседней комнате был беспорядок, а возможно, совсем не поэтому. Но чувствовала она себя безоружной и не знала, что делать и что говорить. Оказалось — Шатрову она нужна по делу.