Рыцарь дорог: Рыцарь дорог. Войны морей

Это я заставил твою мать бросить тебя в пустыне. А твой отец после этого попал в зону, отправившись искать тебя. Знаешь, кто это был? Тот самый Палёный Джек. Ирония судьбы – сын прикончил на арене собственного отца. В зоне Палёный Джек потерял не только человеческий облик, но и память. Я нашёл его в пустыне случайно и узнал с огромным трудом. Это я привёз его в город и заставил драться на арене. Ну, чего ты ждёшь?

– Мне жаль тебя, шериф. Ты готов умереть, лишь бы доказать свою правоту, не понимая, что чистая раса уже проиграла эту схватку. Вы вымираете. Всё больше женщин рожают таких, как мы, – мутов.

Вас скоро не останется. А мы, более приспособленные и более жизнестойкие, будем жить дальше.

Ты рассказал мне о моих родителях, надеясь, что я брошусь в драку. Но этого не будет. Знаешь, я даже благодарен тебе за это. Теперь я знаю, что меня бросили не просто так, что мою мать заставил сделать это злобный человек, не способный понять элементарных вещей. Что мой отец искал меня, и я смог избавить его от грустного подобия жизни, прервав его жизнь до того, как его убила радиация.

Я также благодарен тебе за то, что стал таким, какой я есть.

Именно благодаря тебе я стал таким. Именно благодаря твоей злобности я учился у лучших людей, не став рабом. И именно благодаря твоей злобности у меня теперь есть шанс подарить людям другую, спокойную жизнь, избавив их от ваших крысиных законов.

Я не стану драться с тобой. А уйти вам всё равно придётся. Ты хоть и злобен, но не глуп и отлично понимаешь, что четыре пулемёта превратят твою банду в кровавые ошмётки через пять минут. Это всё. А теперь уходите. Я больше не хочу разговаривать, – решительно закончил Ли, тщательно скрывая бурю, творившуюся в его душе.

– Спустись сюда и сражайся со мной, мут! Трусливое животное! Раб! – взревел шериф, увидев, как Ли медленно скрывается за камнями.

– Если через минуту не уйдут, уничтожить. Всех! – громко сказал Ли, и подростки принялись тщательно выбирать цели.

Заметив, что его брань не действует, шериф одним движением выхватил из-за пояса автоматический пистолет и попытался навести его на юношу. В ту же секунду прозвучали два выстрела, практически слившиеся в один. На песок шериф упал уже мёртвым, с простреленной головой и раной в груди.

Так Ли когда-то научился стрелять у старого кочевника. Уходя за камни, он продолжал краем глаза следить за шерифом, понимая, что тот не остановится даже перед выстрелом в спину. И шериф его не разочаровал.

В то же мгновение разом заговорили все четыре пулемёта и шестьдесят стволов разнокалиберного оружия. Это был не бой – это была бойня. В несколько секунд от большой банды остались только воспоминания. Ли даже не пытался остановить подростков, понимая, что его просто не услышат за этой канонадой.