Рыцарь дорог: Рыцарь дорог. Войны морей

Капитан отлично знал, что все товары, которые он оставлял в прошлый раз, тщательно учтены и распроданы. Теперь ему предстояло выслушать долгий и нудный отчёт главной торговки обители, после чего его корабли будут загружены едой и запчастями.

Неожиданно ленивое течение мыслей капитана было прервано треском длинной пулемётной очереди. Следом за ней раздалась беспорядочная пальба из самых разных видов оружия. Потом последовал взрыв ручной гранаты, и всё стихло.

Вздрогнув, капитан схватил бинокль и, прижав его к глазам, принялся осматривать скальную гряду, окольцовывавшую всю долину обители.

Это приспособление он выменял у Хранителя, когда увидел, как легко тот определяет на большом расстоянии, что именно движется по пустыне.

От ближнего прохода в долину отделился длинный шлейф пыли и начал быстро приближаться к бухте. Это мог быть только кто-то из местных: чужаки с оружием в долину не допускались. Это правило было придумано Хранителем после очередной попытки диких захватить долину. Долгий и кровавый бой закончился решительной победой местных жителей, но это была тяжёлая победа. Больше семидесяти подростков погибли, защищая свой дом и свою свободу.

С тех пор в долину допускали только пастухов и торговцев. Но и те и другие должны были сдать всё оружие, перед тем как пройти в Чистый город. Несогласных оставляли за воротами долины.

Много раз банды диких пытались захватить город, но умение обездоленных подростков владеть оружием и их дикая, звериная ненависть к работорговцам отбрасывала стаи бандитов обратно в пустыню. Этим детям милосердие было неведомо. Выпавшие на их долю издевательства и рабство быстро отучили их жалеть тех, кто приходит к ним с оружием.

Все эти мысли промелькнули в голове капитана, и, внимательно присмотревшись, он с облегчением перевёл дух: к обители нёсся сам Хранитель.

Ещё ночью пришло известие, что в пустыне, поблизости от ворот, ошивается банда диких. И вот сегодня была предпринята попытка прорыва. То, что Хранитель возвращается, могло означать только одно: банда либо бежала, либо уничтожена.

Подлетевший к подножию скалы вездеход резко затормозил, и из него одним гибким движением выскочил рослый широкоплечий мужчина двадцати шести – тридцати лет.

Кожаные штаны, такая же безрукавка, едва сходившаяся на широкой груди с толстыми пластами грудных мышц. Широкий пояс с ножом и кобурой автоматического пистолета. Жилистые кулаки с набитыми костяшками ударных пальцев и перевитые мощными канатами мышц руки, покрытые загаром и шрамами. Высокие скулы и раскосые чёрные глаза, прямой нос и плотно сжатые твёрдые губы. Длинные, чёрные как смоль волосы мужчины были собраны в конский хвост, обнажая по-звериному удлинённые, плотно прижатые к черепу уши.