Рыцарь дорог: Рыцарь дорог. Войны морей
Когда от государств и городов остались только воспоминания, тем, кто уцелел в ядерном аду, осталось только выживать. Выживать, пытаясь защитить себя и своих близких от крысиных законов пустыни и правила кулака, делая для этого всё возможное. А наведя относительный порядок в пустыне, можно заняться и морем, где безраздельно хозяйничают пираты. Ведь если твои жена и сын – морские муты и не могут жить без этой стихии, то придётся сделать так, чтобы и в море им ничто не угрожало.
Он расправился с пятерыми без помощи рук, а теперь представь, что будет, если он возьмётся за оружие, – тихо проговорил вождь, не сводя остановившегося взгляда с пламени костра.
– Стоун, что делать со Шрамом? Тело скоро начнёт разлагаться.
– Эта злобная мразь испортила мне всё дело. Поставил под удар весь клан!
– Он наш соплеменник и… – прошамкал разбитым ртом один из приспешников Шрама.
– Ты, ты, ты и ты, – ткнул пальцем Стоун в нападавших на Ли людей, – возьмите эту падаль и отнесите в пустыню. Никаких похорон. Бросить на поживу падальщикам, – яростно приказал вождь, не обращая внимания на изумлённые взгляды.
Стоун недаром стал вождём клана. Избитые не посмели возразить и, взяв тело, потащили его в пустыню. Мужчины уже убедились, что их глупый выпад закончился проблемой для клана, и усугублять положение не хотел никто.
Ли быстро шёл по пустыне, рыча от переполнявшей его злости. Кали бесшумно скользила рядом, изредка появляясь в тусклом свете луны. Обида и злость душили Ли, и он был не готов к таким эмоциям. Чувства захлестнули молодого человека, заставив потерять голову. Сейчас ему больше всего хотелось вернуться и выгнать весь клан из оазиса в пустыню.
"Вихрем взлетев на скалу, он быстрым шагом прошёл в свои комнаты и, отложив оружие, попытался успокоиться, но из этого ничего не вышло. Возбуждение не давало ему покоя. Пометавшись из угла в угол, Ли взял меч и вышел на улицу. Кали, уже устроившаяся на ночь, недовольно фыркнула, однако не отстала от него и, нехотя поднявшись, направилась следом.
Ли вышел на край скалы и встал, глядя на чернеющее море. Кали уселась рядом, превратившись в живое изваяние. Шорох волн и свежий бриз постепенно остудили горячую голову молодого человека.
Ли тяжело вздохнул и, положив руку на голову Кали, тихо произнёс:
– Что, подружка, тяжело? Мне тоже. Почему так сложилось, что мы стали изгоями? Ведь мы никому не делали плохого. Я не хотел так поступать, но они вынудили меня, ты знаешь. Хотя чего здесь обсуждать? Этот мир придумали не мы, и не нам его менять. От нас требуется только одно – выжить и сохранить то, что здесь собрано.
Кали подняла тяжёлую голову и ласково лизнула ладонь Ли. Она словно понимала состояние своего друга и пыталась, как умела, успокоить его.
Ветер крепчал, и на море начали подниматься высокие валы. Разбиваясь о подножие скалы, волны выбрасывали ввысь мириады брызг, долетавших до стоявшего на ней юноши. Утерев мокрое от морской воды лицо, Ли взглянул на патеру.

















