Рыцарям вход запрещён (СИ)

 — Ты хоть знаешь, каким оружием можно убить дракона, мальчик?

Юноша ничего на это не ответил, но, судя по опущенным плечам и обиженному виду, его не то оскорбило обращение «мальчик», не то он и правда понятия не имел, как убить дракона, а в замок явился, надеясь на местный эквивалент русскому авось.

— Возвращайся домой, Гирард Храбрый, — с очевидной насмешкой проговорил его имя Кэйлаш. — Здесь тебя ждёт только смерть.

Юноша вдруг наклонился, подхватил с земли первый попавшийся камень и наугад швырнул его в сторону, где предположительно должен находиться дракон — камень подлетел метра на три, пролетел метров десять и скрылся где-то среди листвы.

Кэйлаш на эту жалкую попытку атаки — как по мне выглядевшую как обыкновенная детская истерика, — разразился оглушительным смехом. А затем начал медленно опускаться.

Как только огромная фигура показалась из-за облаков, лицо Гирарда вытянулось в изумлении, а затем резко побелело, в то время как глаза широко распахнулись в ужасе. Попятившись, юноша запутался в собственных ногах и плюхнулся на задницу, болезненно вскрикнув.

Кэйлаш же тяжело опустился на землю, зловеще оскалив зубастую пасть, наклонился над своим «убийцей» и ласково так поинтересовался:

— Всё ещё хочешь вызвать меня на бой?

Юноше надо отдать должное: он не обмочился от страха и даже не упал в обморок, только отрицательно замотал головой, да так энергично, что у меня возникло опасение, что она у него сейчас отвалится.

— Нет, многоуважаемый дракон, — пробормотал Гирард настолько невнятно, что мне едва удалось разобрать. — Не ешьте меня, многоуважаемый дракон. Я ошибся, побеспокоив вас.

— Надо же, как быстро нынешняя молодёжь учится вежливости, — фыркнул Кэйлаш, выпрямляясь во весь свой могучий рост. — Всего минуту назад был драконом поганым, а теперь уже стал многоуважаемым. Прогресс на лицо.

Кэйлаш выдохнул тонкую, короткую струю огня, которая даже не долетела до юноши, более того, насколько мне позволял судить угол обзора, дракон метил намного выше, чтобы точно ненароком не задеть бедолагу, а лишь хорошенько напугать. Однако Гирарду подобной демонстрации хватило с лихвой: взвизгнув, точно девица, увидевшая мышь, он закрыл лицо руками и начал торопливо отползать, рискуя протереть на штанах в области ягодиц здоровенную дырку.

Кэйлаш, естественно, не стал его преследовать. Убедившись, что дракон не пытается напасть, Гирард в какой-то момент сообразил, что уносить ноги сподручней, стоя на этих самых ногах, поэтому он, не переставая бросать на оппонента испуганный взгляд, выпрямился, ещё несколько шагов проделал задом наперёд, и только затем развернулся на сто восемьдесят градусов и скрылся среди деревьев.