Рыжик в капкане

Сама пришла! Сколько я звал, ни в какую, а сегодня сама… Нарваться на кулак отца стоило только ради этого.

Пустоту в груди начинает заполнять опасное чувство — надежда. Не все еще потеряно?

Отлепляю свою тушку от кровати. Иду в спальню брата.

— Гордый, как извиниться перед девушкой, чтобы опять все не испортить? — заряжаю с порога.

Глава 20. Напряжение

Платон

После разговора с братом, я умудрился вырубиться в его комнате. Такой интересный бросок в далекое детство, когда Арина укладывала нас спать вместе, а потом растаскивала по кроватям. Откуда я это помню? Черти когда ведь было.

Братишка сидит за компом в наушниках. Постукивая ногой в такт музыке, резво жмет на клавиши уходя от погони на виртуальном байке. Выходной сегодня. Дома все и надо бы пойти, поговорить с Ариной. После инцидента с отцом до нее я так и не дошел.

Благодарно хлопнув брата по плечу, иду к себе. В ванной смотрю в зеркало. Синяк все же отсвечивает. Красавчик! Отека нет, а то зрелище было бы вообще огонь!

Никого не обвиняя, спускаюсь на первый этаж в поисках Арины. Женщина, как всегда, суетится между кухней и персоналом. Увидев меня, мрачнеет."

"— Все хорошо, — подхожу к ней, быстро обнимаю. С беспокойством осматривает мое лицо. — Арин, ты слышишь? Все нормально. Честно. Сам виноват.

— Да где же нормально? — ее глаза наполняются слезами. — Пойдем, я обработаю и синяк помажу, — тянет меня за руку к ванной на первом этаже, где обычно обитает кошка.

— Сядь, — Арина нажимает на плечо. Высокий я для нее стал, неудобно.

Подчиняюсь и стоически терплю неприятный запах лекарств, пощипывание и теплый, заботливый поцелуй в лоб.

— Ты не плачь, со мной правда все нормально, — заверяю ее. — Не в первый раз. Да и не в последний.

— А ты сделай так, чтобы был последний! — дает мне шутливый подзатыльник и тут же гладит по волосам. — Зачем провоцируешь? Я сколько тебе говорила, что от таких конфликтов лучше уходить, чтобы вот такого, — обрисовывает в воздухе овал лица, — не было! Я чуть с ума не сошла, когда он тебя ударил.

— Не ворчи. Отец не прав был, и ты это знаешь.

— Ты тоже не прав, Платон!

— В чем? В том, что отстаиваю себя, а не слепо подчиняюсь? Да он бы давно уже втоптал меня под каблук и крутил, как ему удобно.

Арина только рукой на меня махнула и захлопнула шкафчик над раковиной.

— Пойдем, покормлю тебя, — берет за руку, тянет за собой.

— А кошка поела?

— Нет. Соня из комнаты не выходила еще. Напугали девочку! — ворчит в пустоту.

— Можешь для нее на поднос собрать немного еды? Я отнесу…

— Нечего тебе делать в ее спальне, я говорила! — по инерции все еще ворчит Арина.

— Арин, ну, пожалуйста. Мне нужен повод, чтобы поговорить, — признаюсь ей.