Рыжик в капкане

Вздрагиваю, оглядываюсь на них, ударяю по ладоням, выгоняя из себя всю сентиментальность по отношению к отцу. Он все время перешагивает через меня. Ничего не изменилось! Все остальное мои детские фантазии и непрошенные надежды.

Мысленно пинаю их обратно туда, откуда вылезли.

Вот так гораздо лучше.

На губах появляется привычная холодная улыбка. Захожу в клуб, равнодушно рассматривая дергающуюся под музыку толпу.

Занимаем наш столик в випе на втором ярусе. Заказываем безалкогольные коктейли. У нас с Севером спортивный режим, Гордей за рулем, а Макс поддерживает чисто из солидарности.

— Какие мысли? — Гордый откидывается на спинку красного кожаного дивана.

Повторяю его позу, устроив руки на спинке.

— Никаких пока.

Коротко пересказываю парням наш разговор с отцом. В итоге у нас получается: до моей возможной свадьбы еще далеко, а вот до отъезда кошки всего месяц. Именно потому надо действовать оперативно.

— А если его сдать? — рассуждает Север.

— Ты бы сдал своего? — внимательно смотрю на друга.

— Нет. Извини, дурацкая мысль, — соглашается Тёмыч.

— Можно выкатить условие: или он оставляет вас с Соней в покое или ты его сдаешь, — иначе формулирует предложение Севера Авдеев. — Только Соне придется все рассказать заранее.

— Шантажировать прокурора, — задумчиво стучит пальцами по колену Гордей. — Так себе идея.

Парни чешут затылки. Вообще как-то печально все. В моей голове крутится еще одна назойливая мысль, но, во-первых, опять она упирается в то, что все надо рассказывать кошке, а во-вторых, я понимаю, что мы с ней оба к такому не готовы.

А почему нет то? Я люблю ее. Это моя девочка и других рядом с собой я не вижу. Отец взбесится и лишит меня наследства. Придется зубами держаться за футбольный контракт и закончить лицей так, чтобы была возможность поступить на бюджет. Можно будет учиться заочно, играть и жить от гонорара к гонорару. Живут же так люди…"

"— Парни, а если мне жениться на Соне? — выдаю им эту мысль вслух.

Смотрят на меня в три пары огромных от удивления глаз. Гордей прокашливается, делает пару глотков коктейля.

— Самоубийство, — заключает братишка.

— Почему? — не улавливаю ход его мыслей.

— Да потому что, Платон! Я сейчас не буду говорить про то, что вам по восемнадцать и как бы вы еще понятия не имеете, что такое семья и как с этим жить. Ты думаешь, отец не разведет вас, если ему будет надо? Да ему даже ваше присутствие не понадобится, чтобы аннулировать брак. А бонусом станет то, что ты останешься с голой задницей.

— То есть ситуация вообще безвыходная? Мне надо сложить лапки и притвориться мертвым? Пусть делает со мной все, что хочет?! — завожусь я. — Отличная мысль! Спасибо, брат! — психанув, подрываюсь с дивана.

— Стой! — Гордый догоняет, ловит за рукав.

— Пусти! — вырываюсь, иду на улицу.