С легким наваром

Отвези ему консервы для Дуськи и оставь денег на молоко и еще на то, чтобы он смог свои окна обратно вставить. Из-за взрыва у него все рамы вынесло, а у него пенсия кот наплакал.

– Не нужно ничего объяснять, я все понял. Конечно, съезжу.

– Тогда я тебе сейчас деньги принесу, – Вероника поднялась с места.

Роман посмотрел на нее таким взглядом, что она села обратно на диван и пролепетала:

– Извини, я не хотела быть наглой и чем-то обязанной.

– Феминистка, что ли?

– Нет, что ты.

– Вероника, мне уже пора бежать. Я обещал жене отвезти ее в аэропорт. Завтра, если получится, постараюсь пораньше в поселок съездить и, как только вернусь, сразу же приеду к тебе. Договорились?

– Договорились, – пробубнила она, опять почувствовав бешеный приступ ревности.

Она пересилила себя, встала и подставила Роману щеку для поцелуя. Он повернул ее лицо к себе и нежно поцеловал в губы.

– Пока, не скучай, завтра я приеду.

Глава 27

Анна Михайловна вплыла в палату под руку со своим супругом с таким выражением на лице, словно ее ввели в зал с постаментом, на котором стоит гроб с телом ее единственной дочери. К совершенно сухим глазам, кстати, очень искусно накрашенным, она прижимала батистовый платочек и сокрушенно покачивала головой.

– Вероника, девочка моя, – простонала она. – Что с тобой случилось? Как могло произойти такое несчастье?

– Мам, все в порядке. Незачем так драматизировать события. Главное, мы с Юлькой успели вовремя унести ноги, а остальное дело наживное. Жалко, конечно, дом, но в конце концов он не мой, а Королева.

– Что значит – не твой? – тут же ощетинилась Анна Михайловна, и скорбное выражение с ее лица будто смыло цунами. – Что значит – не твой? – опять повторила она. – Ты сама говорила, что Николай обещал переоформить его на твое имя. Вот пусть и переоформляет.

– И как все это будет выглядеть, мам? Королева Вероника Дмитриевна является владелицей руин на пепелище?"

"– Это абсолютно не важно. Мы с Эдвардом посоветовались и решили, что поможем тебе возвести на том месте приличный коттедж этажа в три. Пусть Николай не медлит и оформляет документы. Думаю, что теперь он это сделает спокойно, без жабы, душившей его. – Анна Михайловна без всякого перехода продолжала: – Мы с Эдвардом сдали билеты и решили остаться здесь до тех пор, пока ты не поправишься. Вот здесь в сумках я кое-что тебе принесла, в общем, все самое необходимое. Если что-то понадобится еще, позвони мне, я привезу. Не буду тебя больше утомлять, доченька, и мы поедем. Я бы, конечно, побыла подольше, но у вас здесь такой запах… – и Анна Михайловна приложила к носу надушенный платочек.

Не успела она подойти к двери, чтобы покинуть палату, как нос к носу столкнулась с Николаем.

– А, теща, привет.

– Добрый вечер, Николай.