С легким наваром

Правда, еще и времени для этого не было, я же две недели в больнице провалялась. Но будет ли он это делать, не знаю. Наши отношения более чем странные и в то же время совершенно нормальные по нынешним меркам. Просто я не могу совладать с приступами ревности, которые меня начали мучить в последнее время. Даже и не предполагала, что я могу ревновать. Ой, Светик, что это мы о грустном заговорили? Мне сегодня хорошо, а что будет завтра – наплевать. Буду брать пример со своей Аннушки. Ее никогда не интересовало семейное положение мужчины, с которым она спала, потому что ни за одного из них она не собиралась выходить замуж. Не думала, не гадала и подцепила себе миллионера.

– Что ты себя с матерью равняешь? Тебе-то семья нужна, дети, – возмущенно заявила Света.

– Детей можно и без мужа иметь, для этого совершенно не обязательно ставить штамп в паспорте, – фыркнула Вероника.

Светлана собиралась что-то возразить и уже было открыла рот, но тут раздался звонок в дверь.

– Вот теперь, наверное, точно врач, – и она понеслась открывать дверь. В это время из детской пришла Юлия с малышом на руках и сунула его Веронике.

Но и на этот раз был не врач, а Роман Сергеевич собственной персоной.

– Приветик. Я смотрю, все в сборе? – улыбаясь, произнес он, заглянув в кухню. – Слушай, Рыжик, а тебе идет, – сказал он.

– Что идет? – не поняла Вероника.

– Быть мамой, неужели не понятно? – ответила Света на ее вопрос, показывая на мирно сопевшего ребенка у нее на руках.

– Рома, ну-ка повтори, как ты меня только что назвал? – нахмурила брови Ника.

– Рыжиком. Ты что-то имеешь против? Мне очень понравилось мое открытие.

– Меня никогда и никто так не называет, потому что лишний раз напоминать, что я рыжая и конопатая, бестактно. В школе как-то один юный отпрыск тоже хотел таким образом надо мной посмеяться, но ушел домой с расквашенным носом. И после этого ни у кого, во всяком случае, в нашей школе, не появлялось больше желания называть меня Рыжиком.

– Значит, я буду вторым человеком, который осмелился на это. Мне очень нравится это имя, оно меня даже возбуждает, – у Романа в глазах появились чертики.

Вероника расхохоталась.

– Ладно, называй хоть горшком, только в печь не сажай. Ты кофе попьешь или мы сразу поедем?

– Кофейку с удовольствием, только, дорогие дамы, разрешите мне похозяйничать и сварить его самолично. Ты, Вероника, конечно, хорошая ученица, но все равно до идеального приготовления тебе еще очень далеко.

Она надула губы и фыркнула:

– Скажите, пожалуйста, какие мы привередливые! Сам же говорил, что у меня получается замечательно.

– Я тебе льстил, хотел понравиться, – засмеялся Рома.

– А сейчас, значит, не хочешь? – задымилась она.