С легким наваром

– Поехали домой, пупсик, что-то устала я сегодня, да и вчерашние события немного меня подкосили, с этими минами да родами. Мария, можно я позвоню от вас? У меня вчера подруга родила, хочу узнать, как они с малышом себя чувствуют.

– Конечно, звоните, телефон вон там, в комнате.

Вероника набрала номер роддома. Роженица чувствовала себя нормально, новорожденный тоже был здоров.

– Ну вот и чудненько, а теперь домой, хочу отключиться от всего хотя бы на некоторое время. Нужно бы Виктору позвонить насчет машины, но это завтра. «Я обо всем подумаю завтра», как Скарлетт О'Хара, – прошептала про себя Ника и пошла к дверям. – Спасибо вам, Мария, завтра я приеду опять. Вот, возьмите ключи. Вы будете дома?

– Да, я пока в отпуске, только не отпуск у меня, а сплошное наказание. Приезжайте, ключи я вот здесь на гвоздик повешу.

Вероника уже в который раз за сегодняшний день села в машину, и Дуся с радостным лаем запрыгнула на свое место.

Доехали они без всяких приключений, но как только Вероника вошла в дом, сразу услышала, как надрывается телефон. Она, не разуваясь, бросилась к аппарату, сняла трубку, и из нее донесся неистовый рев ее бывшего мужа:

– Где, черт возьми, тебя носит? Не успели мы с тобой расстаться, как ты влипла в какую-то историю. Что ты натворила, почему меня вызывают в милицию? Вернее, даже не в милицию, а в ФСБ. Ты что, государственная преступница и работаешь на японскую разведку?

– Здравствуй, Николай, – спокойно произнесла Ника, после того как выслушала своего благоверного.

– Будешь тут с тобой здравствовать, у меня, можно сказать, чуть инфаркт не приключился после звонка какого-то подполковника. Объясни, Вероника, что все это значит?

– Мою машину хотели взорвать, – все таким же спокойным тоном ответила она.

– Что значит – взорвать? Надеюсь, этих хулиганов поймали? Небось мальчишки какие-нибудь в террористов играли? Объясни, наконец, в чем дело?

– Тебе все объяснят в кабинете следователя, а мне не о чем с тобой говорить, – устало бросила она.

– Хватит, Вероника, твои амбиции совершенно неуместны в данной ситуации. Я хочу знать все заранее. Что я должен говорить в том самом кабинете?

– А что это ты так разволновался, Коленька? – ехидно спросила Ника. – Может, это твоих рук дело? Ведь в первую очередь подозрение падет на тебя, если я расскажу о нашем с тобой разводе и последующем разговоре про фирму.

– Ты что, совсем там с катушек съехала, идиотка несчастная? – завизжал Николай с такой силой, что у Ники чуть не лопнули барабанные перепонки.

– Не ори на меня и не смей называть идиоткой, не то очень об этом пожалеешь, – зло выпалила она.

– Сиди дома, я немедленно выезжаю, – уже почти миролюбиво пробормотал Николай и положил трубку.

Ника посмотрела на телефон и захохотала.