С любовью, Рома

— А мы точно про моего сына сейчас разговариваем? Ну то есть про Романа?

— А что, у вас ещё есть? — не в тему пошутила Усольцева, при этом активно хлопая нарощенными ресницами, которые больше походили на опахала.

Примерно в этот момент отпустило. До меня отчётливо дошло, что я даже делать ничего не должен, чтобы обезопасить отца от этой женщины: она справлялась сама — своей беспросветной тупостью.

— Ну-у-у… — тем временем продолжал разговор папа, — будем считать, что Рома у нас один такой. Единственный и неповторимый.

И в знак подтверждения своих слов взял и погладил меня по голове! Свернув мою укладку на бок.

Наказание за попытку соврать достигло своей цели.

Я бросил жалостливый взгляд в сторону крыльца, где ещё совсем недавно стояла мама, наблюдая за нашей милой троицей. Планировал рвануть к ней требовать политического убежища, ибо папа продолжал пытки, ероша мои волосы, отчего мой правый глаз уже начинал нервно дёргаться. Но матери на крыльце не нашлось. Её вообще нигде не было!

Клацнул зубами, осознавая, что, по ходу дела, оба родителя нуждались в хорошей порке.

— Александр Дмитриевич, — тем временем щебетала Инна Алексеевна, продолжая отсвечивать улыбкой до ушей.

Интересно, у неё скулы от этого не сводило? — Я как педагог с огромным опытом рекомендую срочно обратить внимание на знания Романа. Ему просто необходима помощь…

Слушать этот бред не было никаких сил, и я вырвался из-под отцовской руки, которая за это время успела сотворить воронье гнездо из моей идеальной укладки, и отлетел в сторону, доставая из кармана джинсов телефон.

— Да? — раздался из динамика мамин голос.

— Ма-а-ам, — шёпотом завопил я, —  приди сюда, пожалуйста, срочно!"

"— Что такое? — издевательски уточнила родительница, из-за чего я сделал себе мысленную пометку этой ночью прийти к ней и отжать у неё диван.

Ибо нефиг.

— Она ему тут задвигает, что у меня с английским плохо! — как можно жалобней запричитал, косясь в сторону папы и Инночки, которая уже просто не знала, как повыгодней выставить свою грудь. К чести отца, смотрел он ей в глаза. Но атака была столь массированной, что пришлось затараторить ещё быстрее, взывая к материнским чувствам. – У меня, понимаешь?! Да она сама паст симпл от перфекта через раз отличает.

А про существование инфинитива и герундия, скорее всего, вообще не догадывается!

— Ром, спокойнее. Пусть говорит что хочет, — только после этой фразы я понял, что мама на самом деле вовсе не равнодушна, а просто устала.

— Не могу… Она ему сейчас про репетиторство задвигает, что мне нужны дополнительные занятия! Мне! Да у нас Бакс больше знает, чем она.

Последнее замечание попадает в цель, и из трубки доносится весёлый смешок.

— А папа что?

— Стоит и кивает.