Лекарь Империи 5

"

"— Нет! — первобытный, животный ужас вытеснил из ее глаз все остальные эмоции. Она бросилась на него, раскинув руки, словно хищница, пытаясь вцепиться ему в лицо, в горло. — Ты меня обманул! Сволочь! Гад!

Сержант ловко, с отточенным движением профессионала, выскользнул из камеры, захлопнув тяжелую металлическую дверь прямо перед ее носом. Раздался оглушительный лязг. Борисова в ярости колотила по холодному металлу кулаками, выкрикивая бессвязные проклятия, ее голос срывался на отчаянный, полный боли и ненависти визг.

— Ничего личного, — сказал он спокойно через смотровое окошко в двери. — Просто бизнес. «Архивариус» не любит свидетелей. Особенно тех, кто слишком много знает и слишком громко требует. И да, не пробуй засовывать два пальца в рот. Это не поможет. Яд уже давно впитался.

Он достал из кармана небольшой, гладкий черный амулет и приложил его к двери. Камень тускло вспыхнул фиолетовым светом, и вокруг камеры, словно мыльный пузырь, возник невидимый магический купол, поглощающий все звуки. Крики Борисовой мгновенно стихли, сменившись абсолютной, неестественной тишиной.

— Эй, — окликнул он тюремного охранника, сидевшего за столом в конце коридора. — Заключенная в восемнадцатой снова буянит. Не трогай ее часа полтора. Лучше два. Потом сама успокоится.

— Понял, — равнодушно кивнул охранник, не отрываясь от чтения дешевой газеты.

Сержант, удовлетворенно кивнув, ушел по гулкому коридору, насвистывая какую-то веселую, легкомысленную мелодию.

Алина Борисова осталась одна. Одна в звуконепроницаемом коконе своего собственного ужаса. Она перестала кричать, поняв, что это бессмысленно. Прислонившись лбом к холодной двери, она пыталась думать, пыталась составить план, найти выход…

* * *— Я слышал о ваших вчерашних операциях, — Крылов смотрел на меня с нескрываемым, почти жадным интересом, в котором восхищение боролось со страхом. — Артерия Адамкевича — это же казуистика чистой воды. В учебниках такой случай единичным описывают.

Что ему нужно? Новый способ сбора информации? Или вчерашняя демонстрация силы и последующий разбор полетов действительно что-то изменили в его столичной голове?

— Повезло с диагностикой, — пожал плечами я, не давая ему никакой зацепки.

— Я доложил магистру Журавлеву, — продолжил Крылов, и его голос стал тише, почти заговорщицки. — Как мы и договаривались. Сказал, что обе операции блестяще провел Игорь Степанович, а вы блестяще ему ассистировали.

Значит, урок он усвоил. Угроза трибунала и полного краха карьеры действует лучше любого словесного аргумента. Он держится сценария. Пока.

— Молодец, — коротко кивнул я, давая понять, что разговор окончен.

— У тебя какой-то перебор со словом «блестяще», — проворчал Шаповалов, не отрываясь от графика. — Звучит фальшиво.