Лекарь Империи 5

Она быстро нашла нужный раздел — «Личные дела сотрудников».

«Зашифровано магической печатью Гильдии,» — отметила она, увидев светящийся символ замка на папке. Но черный кристалл, лежавший на системном блоке, снова коротко мигнул, и защита пала, как карточный домик.

«Разумовский И. Г._Академический_архив»

Алина дважды кликнула на файл. Документ открылся, и она, затаив дыхание, начала читать.

С каждой новой строчкой ее глаза расширялись, а брови ползли все выше.

«Не может быть,» — прошептала она, прикрывая рот рукой, чтобы не вскрикнуть. — «Это же… это же…»

В деле действительно были документы из Владимирской имперской академии. Но не только. Были и другие бумаги. Старые. Очень старые.

С печатями и гербами, которых она никогда не видела. И фотография…

«Невозможно,» — выдохнула она, чувствуя, как по спине пробегает ледяной холодок. — «Как… как такое вообще возможно?»

Тихий, почти неслышный стук в дверь заставил Алину вздрогнуть так, что она едва не выронила мышку.

«Кто там, черт возьми, в такое время?»

Стук нерешительно повторился.

— Войдите! — крикнула она, стараясь придать своему голосу спокойную, деловую интонацию.

Дверь медленно приоткрылась, и в щели показалась растрепанная голова Яны Смирновой — той самой медсестры из первички. Робкая, уставшая, с красными от бессонной ночи глазами.

— Простите, пожалуйста… — начала она виноватым шепотом. — А Илья Григорьевич случайно не здесь? Я хотела ему кое-что сказать…

«Смирнова,» — мысленно процедила Алина, чувствуя, как волна раздражения поднимается изнутри. — «Эта влюбленная дурочка, что вечно крутится вокруг Разумовского, как пчела над медом.»

— Его здесь нет, — резко, почти грубо, ответила она. — Проваливай. Я занята.

Но Яна не ушла. Ее взгляд, полный тревоги, скользнул через плечо Алины и замер на экране монитора. На том самом месте, где было открыто личное дело.

— А что… что вы делаете за компьютером Игоря Степановича? — в голосе Яны, до этого робком, появились совершенно новые, стальные нотки подозрения. — И почему вы смотрите личное дело Ильи Григорьевича?..

Повисла напряженная, густая тишина. Алина чувствовала, как кровь стучит в висках, а пульс учащается. Ее поймали. На горячем.

* * *Я сидел у палаты Ашота, листая старый медицинский журнал, но мысли были далеко. Я ждал, когда последний звук, последний шаг затихнет в гулких коридорах.

Когда больница окончательно превратится в спящее царство, хранящее в своих стенах сотни чужих снов, болей и надежд.

Глубокая ночь.

Больница, наконец, угомонилась, погрузившись в беспокойную, неглубокую дремоту.