С/с. Том 26

Он должен был ожидать вызова непосредственно за дверью, иначе мгновенное появление объяснить было невозможно.

— Херц, — сказал Криди, не взглянув на вошедшего.

— Слушаюсь, сэр, — ответил Хаммершальд и исчез с быстротой молнии."

"Криди продолжал барабанить по столу, но теперь его взгляд был обращен вниз.

Мы просидели в относительной тишине около минуты, затем раздался легкий стук, и в отворившуюся дверь вошел приземистый, коренастый мужчина. Я обратил внимание, что его правое ухо разорвано и прилегало к голове настолько плотно, будто кто-то шваркнул по нему кувалдой: ни один кулак не способен нанести удар такой силы.

Его расплющенный нос растекся по физиономии, как желток на сковородке, колючие глазки горели неистовством. На воротник густой гривой ниспадали иссиня-черные волосы. Ни дать ни взять — орангутан. И не просто орангутан, а злобный орангутан. Херц был одет в коричневые с желтоватым оттенком брюки и белый спортивного покроя пиджак, из-под которого виднелся ярко расцвеченный галстук.

Но двигался он не как человекообразная обезьяна скачками, а стремительно и бесшумно, как балетный танцор.

Выставив вперед острый, как наконечник пики, подбородок, Криди кивнул в мою сторону.

— Посмотри на этого человека, Херц, — сказал он, — и запомни его хорошенько. Может быть, тебе придется им заняться. Если, конечно, он не окажется умнее, чем выглядит на первый взгляд.

Вперив буравчики-глаза, Херц изучал меня несколько секунд. На его искалеченной физиономии не дрогнул ни один мускул.

— Я узнаю его при любом освещении, босс, — ответил он сипло.

Криди жестом приказал своему орангутану выйти. Когда тот бесшумно ретировался, я небрежно поинтересовался:

— Он должен превратить меня в отбивную, или я ошибаюсь?

Не ответив, Криди снял очки и, вытащив белоснежный носовой платок, начал тщательно протирать стекла.

— Не выношу частных сыщиков, — сказал он некоторое время спустя и посмотрел на меня исподлобья. — Я считаю их никчемными людишками, вымогателями и шантажистами. Я не нанимал вашего компаньона Шеппи, и мне в голову никогда не могла прийти столь абсурдная мысль. Я советую вам немедленно исчезнуть из нашего города. Чтобы избавиться от назойливых типов вроде вас, я иногда прибегаю к помощи Херца.

Это экономит время и бережет мою нервную систему. Херц — удивительный экземпляр человеческой породы, он твердо верит в то, что я его облагодетельствовал. Если я говорю, что мне докучает такой-то человек, он считает своим первейшим долгом так воздействовать на наглеца, чтобы тот прекратил свои домогательства. Я никогда не спрашивал, как он добивается этого, но еще не было случая, чтобы Херц не оправдал моих надежд. Именно так обстоит дело, мистер Брэндон.