С/с. Том 26

Обосновавшись в богатом городе, они раздобыли денег у местных воротил и занялись самым что ни на есть законным бизнесом — открыли клуб и магазин керамики. За Ханом и Кордецом следили, но они прервали всякие видимые связи. В действительности же оба закадычных дружка, как и раньше, занимались торговлей наркотиками: Хан являлся поставщиком отравы, а Кордец обеспечивал клиентуру. «Клуб мушкетеров» посещали многие богатые люди, в том числе и наркоманы. Там они покупали у Кордеца отрывные спички, после чего отправлялись к Хану, где в обмен получали снадобье. Хан возвращал использованные спички Кордецу и тот платил ему причитавшуюся долю. Все были довольны, и никто не имел претензий.

— Это невероятно, Лу!

— Не так невероятно, как тебе кажется. Торговля наркотиками — нелегкое и опасное дело. Марго, полиции известны почти все уловки преступников. Чтобы не сгореть на этом отвратительном бизнесе, Кордецу и Хану надо проявлять максимум изобретательности, идти, так сказать, в ногу со временем. Но до сих пор оба были на высоте. Магазин Хана — идеальное место для подпольных сделок: там всегда много народа, а ночью к нему с залива может незаметно подойти лодка. Вот так обстоят дела. — Я достал из кармана пакетик спичек. — Каждый клиент, вероятно, имел свой шифр, и, кроме того, его знали в лицо. В случае потери «сувенира» никто другой им не мог воспользоваться. Человек приобретал как бы сезонный билет в преисподнюю. Шеппи каким-то образом сумел раздобыть спички и поплатился за это жизнью.

— Выходит, Жак был наркоманом? — с отвращением спросила Марго.

— Вполне возможно. Так или иначе, он знал об этом необычном сувенире. Он чуть не выдал себя с головой, когда я зажег одну из спичек. Еще бы: ведь на его глазах превращалось в дым драгоценное снадобье.

Я сунул пакетик в карман.

— Завтра этой истории будет положен конец. Спички я передам в Лос-Анджелес, в отдел по борьбе с наркоманией. Пусть займутся Кордецем и компанией.

— Но ты ведь не уедешь, дорогой! — спросила Марго, тронув меня за рукав. — Я так хочу, чтобы ты остался!

Я улыбнулся:

— Не могу же я торчать здесь до бесконечности.

В Сан-Франциско ждет работа, там мой дом. Почему бы тебе не поехать со мной?

— Отец не отпустит.

— Ты многого хочешь, Марго: быть независимой и не терять отцовские доллары. Попробуй забыть о них, пора самой зарабатывать на жизнь.

Внезапно она легла на спину, и в ее глазах появилось знакомое манящее выражение. Не раздеваясь, я прошел в ванную. Там, включив душ, я встал возле закрытой двери.

Я ждал не больше десяти секунд. Потом, осторожно повернув ручку, приоткрыл дверь и заглянул в комнату.

Марго стояла, склонившись над своей сумкой. Я увидел, как она что-то достала из нее и сунула под подушку.