С/с. Том 26

Решив, что это ищет себе место очередная пьяная компания, я притаился за спинкой своего диванчика.

Однако уже через мгновение я понял, что приближаются лишь два человека, и шаги их размеренны и медлительны, как у крадущихся кошек.

Дверь отворилась и в комнату действительно вошли двое. Хоть они и были наряжены в смокинги, вид у них был, как у дешевых бродяг, а при взгляде на их физиономии невольно возникали смутные воспоминания об историях, где действовали профессиональные убийцы.

Я, оставаясь незамеченным, переводил глаза с одного на другого: высокий блондин с перебитым носом и крепыш среднего роста, похожий на итальянца, с копной сальных черных волос.

Они шли по комнате, осматривая каждый угол, и я даже подумал, что, может быть, эти типы ищут именно меня, и плотней прижался к спинке своего диванчика. От одного вида этих красавчиков я мгновенно отрезвел.

Неслышными шагами они все ближе подходили к моему убежищу. Я перестал дышать.

Наконец эта импозантная парочка миновала мое ненадежное убежище и скрылась в темноте соседней комнаты.

* * *Я вытер разом вспотевший лоб и облегченно вздохнул. Но что за чушь! Почему я решил, что они ищут именно меня. Да эти типы, возможно, вообще ничего не искали! А вот я, в отличие от них, действительно должен кое-кого поискать: ведь я уже давно не видел Карла. Куда он мог подеваться?

Я приподнялся, но тут из темноты, куда скрылись сомнительные типы, снова послышались шаги, и мне пришлось нырнуть в свое укрытие.

Шаги приближались, и я уже совсем потерял надежду остаться незамеченным, как вдруг совсем рядом со мной раздался вздох, и женский голос произнес:

— О, Кристоф…

За этим последовал звук поцелуя и шелест одежды, заскрипели пружины диванчика, который находился недалеко от моего убежища.

Я осторожно выглянул из-за спинки: на шелке китайского диванчика возлежала женщина, лица которой я, как настоящий джентльмен, не разглядел, а сверху примостился какой-то тип в белой рубашке. Женщина вскрикнула и застонала от сомнительного удовольствия, и тогда я поднялся во весь рост, стараясь производить как можно больше шума.

Две пары остекленевших от ужаса глаз уставились на меня. Потом женщина пронзительно вскрикнула. Я же покинул свое укрытие, с видом оскорбленного достоинства прошел мимо любовников и в конце концов оставил их наедине. Только не думаю, что парень после подобного конфуза способен сам получить удовлетворение и уж тем более доставить своей партнерше. Теперь мне стал понятен замысел архитектора, построившего в этом здании такое количество укромных комнат и кабинетов.

На часах было половина двенадцатого.