Сага о Копье: Омнибус. Том I

Кит-Канан и Гончие погрузились на суда, и гигантские черепахи увлекли их прочь. Жители Сильваноста заполнили берег и выкликивали имя Кит-Канана еще долго после того, как баржи скрылись в направлении темной полоски западного берега.

26

Начало лета, год Овна

Посольство лорда Дунбарта собрало поклажу в телеги и подготовилось к отправлению. Ситас и его почетная гвардия прибыли, чтобы проводить посла.

— Сегодня погода намного лучше, чем в день моего приезда, — заметил Дунбарт, обливавшийся потом в шерстяном жилете и камзоле. В Сильваност пришло лето, и с реки дул влажный теплый ветер.

"

"— Да, в самом деле, — любезно ответил Ситас. Несмотря на профессиональную хитрость Дунбарта, принцу пришелся по душе старый гном. В нем чувствовалась внутренняя доброта.

— Ты найдешь в своей повозке бочонок янтарного нектара, — сказал Ситас. — С наилучшими пожеланиями от госпожи Ниракины и от меня.

— А! — Гном выглядел по-настоящему тронутым. — Премного благодарен, благородный принц. Будь уверен, я разделю его со своим королем. Он ценит эльфийский нектар почти так же высоко, как торбардинский эль.

Эскорт посла, усиленный почетной гвардией из двадцати эльфийских воинов, прошествовал мимо повозки.

Дунбарт и его секретарь Дролло взобрались в свой железный экипаж. Посол, отодвинув тонкие металлические занавески, протянул Ситасу тяжелую от колец руку.

— Мы в Торбардине, расставаясь с друзьями, желаем долгой жизни, но я знаю, что ты переживешь меня на столетия, — блестя глазами, произнес Дунбарт. — А что говорят эльфы на прощание?

— Мы говорим: «Благословит тебя Астарин» и «Да будет путь твой зеленым и золотым», — ответил Ситас и сжал толстую морщинистую руку гнома.

— Тогда пусть будет твой путь зеленым и золотым, принц Ситас. О, у меня для тебя есть кое-какая новость. Наша госпожа Тералинд вовсе не та, за кого себя выдает.

— Вот как? — поднял брови Ситас.

— Она старшая дочь Императора Ульва.

Ситас изобразил вежливый интерес:

— В самом деле? Это любопытно. А почему ты говоришь мне об этом сейчас, мой господин?

Дунбарт попытался скрыть улыбку:

— Моя миссия выполнена, и теперь нет смысла держать сведения в секрете. Видишь ли, мне приходилось встречать ее прежде.

В Далтиготе. Хм, и я подумал, что твоему благородному отцу будет небезынтересно узнать это, ну, чтобы проводить ее… хм… по-королевски.

— Мой господин, ты так мудр, несмотря на свою молодость, — ухмыльнулся Ситас.

— Эх, вот когда я был молодым! Прощай, принц! — Дунбарт постучал по стенке повозки. — Пошел!

Когда Ситас возвратился во дворец, его позвали в покои послов из Эргота. Там принца ожидали отец, мать и ее придворный, Таманьер Амбродель. Ситас торопливо сообщил им о разоблачении гнома.