Сага о Копье: Омнибус. Том I

Ситас часто размышлял о смерти отца как о событии, взвалившем ему на плечи бремя правления. И забывал, что одновременно эта смерть сделала его мать вдовой.

— У тебя не найдется минутки прогуляться со мной? — попросила Ниракина, взяв сына под руку."

"Он кивнул, и они молча прошли через огромный зал к хрустальным дверям, предназначавшимся лишь для членов королевской семьи. Двери беззвучно распахнулись, и мать с сыном очутились в садах Астарина. Справа темнели деревянные строения королевских конюшен, а перед ними открывалась манящая красота королевских садов. Ситас сразу ощутил легкость и спокойствие на душе.

— Тебе нужно гулять здесь чаще, — мягко упрекнула его мать. — Ты стареешь раньше времени.

Она осторожно держала его под руку, позволяя выбирать тропинку.

Их окружал сад, с высокими живыми изгородями, густыми кустами, отяжелевшими от покрытых росой цветов, с прудами, бассейнами, фонтанами. Это был уголок живой природы, превращенный эльфийскими жрецами, служителями короля бардов Астарина, в выдающееся произведение искусства.

— Благодарю тебя за то, что ты привела меня сюда, — с тихим смехом сказал Ситас.

 — Иногда мне нужно напоминать об этом.

— Твоему отцу тоже время от времени нужны были мягкие напоминания. Я старалась дать ему это, когда наступала необходимость.

На мгновение Ситаса захлестнула волна печали.

— Мне не хватает его больше, чем когда-либо. Я чувствую, что… не готов занять его трон.

— Ты готов, — твердо заявила Ниракина. — Твоя мудрость поддерживает нас сейчас — в тяжелейший период со времен войн с драконами. Но поскольку ты готовишься стать отцом, ты должен понять, что нельзя целиком отдавать жизнь своему народу.

У тебя есть еще и семья, ты должен думать о ней.

Ситас улыбнулся:

— Жрицы Квенести Па не отходят от Герматии. Они утверждают, что это произойдет со дня на день.

— Жрицы и ее сестры, — пробормотала Ниракина.

— Да, — согласился Ситас.

Сестры Герматии, Гелинна и Лиат, переехали во дворец, как только стало известно о ее беременности. Они были вполне приятными женщинами, но Ситасу стало казаться, что его покои теперь ему не принадлежат. Это было неприятное чувство, но он пытался подавить его ради Герматии.

— Она изменилась, матушка, сильно изменилась, ты должна была это заметить.

Герматия стала другой женщиной еще до того, как узнала, что ждет ребенка. Она служит мне поддержкой и утешением, как когда-то.

— Это все война, — сказала Ниракина. — Я заметила перемену, о которой ты говоришь, она пришла с войной. Она и ее клан Дубовых Листьев расцвели на почве всей этой суеты. — Женщина помолчала, затем продолжила: — Прежде чем войти, я заметила, что уходит лорд Квимант. Ты часто беседуешь с ним. Он оказался полезен тебе?

— Да, очень.