Сага о Копье: Омнибус. Том I

Иногда они делили бутылку вина, но и эта роскошь теперь была нечастой.

— Мы получили сообщение от Гончих, — начал Парнигар. — Белому Локону удалось проскользнуть через линию фронта. Он рассказал мне, что небольшие отряды, которые у нас еще остались, бродят по лесам и наносят врагу частые и чувствительные удары. Но они вынуждены непрестанно передвигаться и не осмеливаются выходить на равнины.

— Конечно, не осмеливаются! — фыркнул Кенкатедрус.

Двое офицеров, как это часто бывало, начали спорить, отстаивая противоположные взгляды на тактику.

— Мы никогда не сдвинемся с места, если силы будут рассеяны по лесам.

Мы должны собрать их вместе! Мы должны сосредоточить наши войска!

Кит вздохнул и поднял руки:

— Мы все понимаем, что наши «сосредоточенные войска» едва ли окажутся помехой для людей — по крайней мере, сейчас. Крепость — единственное, что спасает Гончих от разгрома, и партизанская война — это все, что мы можем сделать, пока… пока что-нибудь не произойдет.

Он смолк, понимая, что коснулся больной темы. Действительно, в Ситэлбеке они находились в относительной безопасности и могли противостоять открытому нападению.

У них была провизия, которую с помощью жрецов можно было растянуть на год.

Поддавшись внезапному гневу, Кенкатедрус ударил кулаком о столешницу.

— Они держат нас здесь, словно зверей в клетке! — прорычал он. — На какую судьбу мы обрекли себя?

— Успокойся, друг мой.

Кит тронул своего старого учителя за плечо и заметил на его ресницах слезы. Впалые глаза были обведены коричневыми кругами, что усиливало впечатление изможденности. «Во имя богов, неужели мы все так выглядим?» — не мог не поразиться Кит.

Капитан из Сильваноста вскочил на ноги и отвернулся от них. Парнигар смущенно кашлянул.

— До утра мы ничего не можем предпринять, — заметил он и тихо поднялся.

У Парнигара, единственного из троих, в крепости была жена. Он тревожился о ее здоровье больше, чем о своем. Она происходила из людей, но все трое тщательно избегали упоминать об этом. Хотя Кит-Канан был знаком с женщиной и симпатизировал ей, Кенкатедруса по-прежнему раздражал этот межрасовый брак.

— Доброго отдыха вам, благородные эльфы, — попрощался Парнигар и вышел из дверей навстречу ночной тьме.

— Я понимаю, ты хочешь отомстить за поражение на равнинах, — обратился Кит-Канан к Кенкатедрусу, когда тот обернулся и закутался в плащ. — И я знаю, друг мой, твой час настанет!

Эльфийский капитан взглянул на генерала, который был много моложе его, и Кит понял, что Кенкатедрус хочет ему верить. Глаза его снова были сухими, и наконец, капитан неприветливо кивнул.

— Увидимся утром, — простился он и вслед за Парнигаром исчез в ночи.