Сага о Копье: Омнибус. Том I

После этого он снова укрыл брата одеялами, сел, прислонившись к скале, и стал ждать.

Кит- Канан не приходил в сознание весь долгий вечер; солнце путешествовало по бледно-голубому небу и наконец, исчезло за западным хребтом. Но раненый по-прежнему не шевелился. Даже казалось, что ему стало хуже.

Ситас плотнее завернул брата во все одеяла и лег рядом.

Он так и уснул, и хотя много раз просыпался за эту ужасно холодную ночь, но оставался рядом с Кит-Кананом, пока рассвет не озарил их долину.

Кит- Канан не подавал признаков жизни. Осмотрев ногу брата, Ситас в смятении увидел красную полосу, тянувшуюся от колена выше, к бедру.

Что же теперь делать? Он никогда не видел такой раны. В отличие от Кит-Канана, он не сталкивался с ужасами войны и необходимостью самому заботиться о себе, живя в диких местах.

Эльф торопливо достал остатки бальзама жрицы и намазал рану. Он знал достаточно о заражении крови, чтобы понять: если смертельную инфекцию не остановить, брат его приговорен. Ситас ничем не мог помочь Кит-Канану, и ему оставалось лишь молиться.

Вода в мехах снова замерзла, и ему пришлось совершить нелегкий спуск по узкой тропе в долину.

Рытвина в снегу, которую он оставил вчера, осталась нетронутой — ветер, на его счастье, утих. Таким образом, он смог подобраться к ямке в снегу быстрее, чем в прошлый раз.

Но здесь он встретился с новым препятствием: ночью, во время жестокого мороза, замерз даже быстрый ручей. Эльф рубил и крошил лед мечом, пока не добрался до струйки воды глубиной менее двух дюймов. Лишь растянувшись во весь рост на снегу, погрузив руку в ледяную воду, он смог набрать достаточно воды.

Поднявшись на ноги, Ситас заметил следы, ведущие прочь от ручья, и вспомнил о могучих баранах. Внезапно на него снизошло вдохновение. Он подумал о луках и стрелах, которые остались на уступе, рядом с Кит-Кананом. Где же ему укрыться поближе, чтобы стрелять наверняка? В отличие от брата, он не был искусным стрелком — необходимо, чтобы цель была как можно ближе.

Оставив размышления, он поспешил обратно на уступ. Он обнаружил Кит-Канана в прежнем состоянии, и все, чем он мог ему помочь, — это влить в рот несколько капель воды.

"

"После этого Ситас натянул тетиву на свой лук, осмотрел его гладкую поверхность в поисках трещин, а тетиву — в поисках узлов или потертостей. Как только он покончил с этим, послышалось цоканье копыт, и сердце его забилось от волнения. Горные овцы следом за гордым вожаком спустились по склону по ту сторону долины и направились к узкому ручейку, затем по очереди принялись пить, а баран стоял на страже.

Оглядывая обрыв, где неподвижно застыли Ситас и Кит-Канан, вожак встревожился.