Сага о Копье: Омнибус. Том I

Она видела, что мысли генерала уже заняты чем-то другим — он обратил свой пронизывающий взгляд в сторону бастионов Ситэлбека.

Если император Квивалин и заметил какую-то перемену в генерале Гиарне, Сюзине он ничего не сказал. Карета его въехала в лагерь под приветственные крики более сотни тысяч солдат. Огромная процессия с грохотом обогнула линию фронта, прежде чем достигнуть палатки, где находилась штаб-квартира Генерала-Мальчишки.

Правитель и главнокомандующий совещались в палатке в течение нескольких часов и наконец, появились рука об руку, чтобы обратиться к войскам.

— После прискорбной кончины бывшего верховного генерала Барнета, — объявил Квивалин под крики воинов, — я назначил генерала Гиарну верховным генералом армии. Я полностью доверяю ему, так же как и всем вам! — Крики усилились. — Я уверен, что с наступлением весны вы сможете взять приступом эльфийскую крепость и сровнять ее с землей! Во имя славы Эргота, вы одержите победу!

Толпа с восторженными криками подалась вперед, чтобы поближе взглянуть на могучего правителя. Однако ледяной взгляд генерала отбросил их прочь.

Тишина постепенно, неохотно воцарилась над массой воинов.

— Смерть моего предшественника — следствие того застоя, который охватил всю армию, нашей вялости, которая позволила врагу достичь своей крепости несколько месяцев назад, — произнес генерал Гиарна.

Он говорил негромким, ровным голосом, но в голосе этом, казалось, было больше зловещей силы, чем в громких призывах императора.

Послышалось недовольное ворчание. Барнет был популярным командиром, и причины его смерти недостаточно удовлетворительно объяснили воинам.

Но абсолютный страх, который они чувствовали перед Генералом-Мальчишкой, не давал никому открыто выражать неодобрение.

— Наш император сообщил мне, что к нам скоро присоединятся дополнительные войска, отряды гномов клана Тейвар из Торбардина. Это умелые горняки; они займутся подкопом под стены неприятельской крепости. Те из вас, кто не занят в приготовлениях к атаке, завтра приступят к энергичным учениям. Когда придет время наступления, вы должны быть готовы! И во имя славы нашего императора, вы победите!

Две недели спустя, начало зимы

Свет костра отбрасывал на стены пещеры отблески, похожие на танцующих фей, от него веяло теплом и уютом.

Над углями на вертеле шипела оленья вырезка, а плащ и сапоги Ситаса сушились у огня.

— Никогда телячий филей не казался мне таким нежным и вкусным, — заявил Кит-Канан, одобрительно причмокнув. Он потянулся и отрезал еще один горячий кусок от мяса, которое медленно жарилось над костром."

"Ситас взглянул на брата с гордостью.