Сага о Копье: Омнибус. Том I

Она выглядела почти прежней. — Тебя наградят, — сказала она. — А теперь пошел вон.

Драконид поклонился и, потупившись, вышел. Китиаре не удалось его провести: переступая порог, он заметил, как взгляд Повелительницы остановился на клочке пергамента, валявшемся на столе. Что до драконида, он заметил его сразу, как только вошел. Клочок был испещрен изящным эльфийским письмом.

Закрывая дверь, драконид услышал громкий лязг, донесшийся изнутри: это грохнула о стену часть доспеха, брошенная сплеча…

2. Погоня

К рассвету буря начала выдыхаться. В наступившей тишине было отчетливо слышно шлепанье капель, падавших со свеса крыши.

Равномерный звук болезненно отдавался у Таниса в голове, заставляя почти тосковать о свисте и завываниях ветра. Серое небо висело над самой землей, и его свинцовая тяжесть, казалось, ощутимо давила на полуэльфа."

"— Волна, знать, нескоро уляжется, — глубокомысленно заметил Карамон. Некоторое время назад друзьям случилось остановиться в городке Порт-Балифор, в гостинице «Свинья и Свисток». Содержал ее милейший малый по имени Уильям Пресная Вода, бывший матрос. Наслушавшись его моряцких историй, Карамон нахватался кое-каких познаний и возомнил себя большим докой по части морских путешествий.

Никто не возразил Карамону: все остальные знали о море еще меньше богатыря. Один только Рейстлин кривил губы в ядовитой усмешке, когда его брат-близнец, всего-то несколько раз в жизни садившийся в лодку, принимался корчить из себя бывалого морского волка.

— Может быть, не стоит… — подала голос Тика.

— Мы уезжаем, и уезжаем сегодня, — мрачно отрезал Танис. — Нам надо уносить ноги из Устричного, хотя бы для этого пришлось прыгать в воду и плыть!

Переглянувшись, спутники снова уставились на Таниса.

Он стоял к ним спиной и смотрел в окошко. Он не видел, как они обменивались взглядами и пожимали плечами, но вполне догадывался об этом.

Друзья опять собрались в комнате близнецов. До рассвета было еще не менее часа, но Танис разбудил всех, как только услышал, что рев ветра постепенно делается тише.

Вот он набрал в грудь побольше воздуху и повернулся в ним лицом.

— Не подумайте, что это каприз, — проговорил он. — Просто… мне открылись опасности, о которых я не могу сейчас распространяться.

У нас нет времени. Скажу вам только, что такой угрозы, как сейчас, над нами никогда еще не висело. Никогда! Надо уходить, и немедленно!

Он сам расслышал в своем голосе нотку истерики и поспешно умолк.

Последовала тишина. Потом Карамон, неловко поерзав, пробасил:

— Ясное дело, Танис. Надо так надо.

— Мы уже собрались, — сказала Золотая Луна. — Мы готовы идти, как только ты скажешь.

— Тогда идемте, — кивнул Танис.

— Сейчас сбегаю за вещами… — замялась Тика.

— Давай.