Сага о Копье: Омнибус. Том I

 — Дело в том, что у твоей двери умирает какой-то юноша…

«Сегодня, за двадцать девять минут до наступления часа Отдохновения, некий юноша умер у моей двери…»

— Узнай его имя, чтобы я смог записать его, — сказал Астинус, не поднимая головы и не прерывая бега пера. — Да не забудь уточнить, как оно пишется. Выясни, откуда он и сколько ему лет… если, конечно, он еще в состоянии отвечать.

— Я уже расспросил его, мой Мастер, — ответствовал Бертрем. — Его зовут Рейстлин. Он из города Утехи, что в Абанасинии.

«Сегодня, за двадцать девять минут до наступления часа Отдохновения, Рейстлин из Утехи…»

Астинус перестал писать и поднял глаза.

— Рейстлин? Из Утехи?..

— Да, мой Мастер, — с низким поклоном подтвердил Бертрем. Ему была оказана неслыханная честь: в первый раз за десять лет, что Бертрем состоял в Ордене Эстетов при великой библиотеке, Астинус почтил его взглядом. — Так ты в самом деле знаешь его. Мастер? Я потому и отважился побеспокоить тебя… Он очень хочет тебя видеть…

— Рейстлин… — Капля чернил стекла с пера Астинуса на пергаментную страницу. — Где он?

— На ступенях.

Мастер. Там же, где мы его и нашли. Мы собирались позвать к нему кого-нибудь из этих новых целителей, последователей Богини Мишакаль…

Историк раздраженно смотрел на черную кляксу. Взяв щепоть мелкого белого песка, он аккуратно засыпал им растекшиеся чернила, чтобы не перепачкать последующие листы. Стремительное перо снова двинулось в путь.

— Ни один целитель не справится с болезнью, от которой умирает этот человек, — заметил Астинус, и голос его, казалось, исходил из бездн самого Времени. — А впрочем, внесите его внутрь и предоставьте ему комнату.

— Внутрь? В Библиотеку?.. — Изумление Бертрема не знало пределов. — Но, Мастер… никто, кроме членов нашего Ордена…

— В конце дня я поговорю с ним, если у меня будет время, — продолжал Астинус, будто не замечая изумления Бертрема. — И, естественно, если к тому времени он будет еще жив.

Перо летело, оставляя на пергаменте строку за строкой.

— Да, мой Мастер, — пробормотал Бертрем и, пятясь, вышел из кабинета.

Тщательно притворив за собой дверь, эстет поспешил прохладными мраморными коридорами древней библиотеки, не переставая дивиться про себя необычности случившегося.

Его толстые, тяжелые одеяния мели пол, бритая голова лоснилась от пота: бегать он отнюдь не привык. Члены Ордена, попадавшиеся навстречу, провожали его недоуменными взглядами.

И вот наконец входная дверь. Сквозь толстое стекло было хорошо видно тело молодого человека, распростертое на каменных плитах.

— Белено внести его внутрь, — сообщил Бертрем собратьям. — Астинус навестит его вечером, если маг будет еще жив.