Сага о Копье: Омнибус. Том I

Ему не раз приходилось биться и с драконидами, и с драконами. Благородные драконы доверяют ему и прислушиваются к его суждениям.

— А ведь верно! — воскликнул Калоф. И с видом величайшего облегчения обернулся к. Гилтанасу: — Мы знаем, сударь мой, как эльфы относятся к нам, людям, и, следует сознаться, большинство людей платит им тем же. Но за столь великодушную помощь в беде мы, естественно, в долгу не останемся…

Гилтанас почти не слышал его. Он смотрел на Таниса — и не мог абсолютно ничего прочесть на бородатом лице полуэльфа. Ему даже подумалось, что у Таниса был вид мертвеца… Государь Калоф вновь обратился к нему, на сей раз добавив слово «награда», — видимо, решив, что минутное замешательство Гилтанаса было вызвано нежеланием принимать на себя столь большую ответственность.

— Нет, господин мой, — точно очнувшись, ответил ему Гилтанас. — Дело не в том. Никакая плата мне не нужна. Если я сумею спасти жителей вашего города, это само по себе станет мне достойной наградой. Что же касается моей принадлежности к иной расе… — тут он снова глянул на Таниса, — жизнь уже научила меня, что никакой роли это не играет.

— Скажи же нам, что делать, — Калоф так и сгорал от нетерпения.

— Для начала я бы хотел переговорить с Танисом наедине, — сказал Гилтанас. Он видел, что Танис собирался уйти.

— Пожалуйста, пожалуйста. — И Государь вытянул руку, указывая: — Вон там, справа, за дверью, небольшая комнатка. Там никто не помешает вашей беседе…

Оказавшись вдвоем в маленькой, роскошно обставленной комнате, двое мужчин некоторое время хмуро молчали. Обоим было неловко, оба избегали смотреть друг другу в глаза… Гилтанас заговорил первым.

— Я всегда презирал людей, — медленно проговорил молодой вельможа. — А теперь вот собираюсь их защищать. Кто бы мог подумать… — И он улыбнулся. — До чего приятное чувство, — добавил он и впервые посмотрел Танису прямо в лицо.

Танис встретил его взгляд, и его угрюмое лицо ненадолго смягчилось, хотя на улыбку Гилтанаса он так и он ответил. Потом он опустил глаза и вновь посуровел. Последовало долгое молчание.

— Ты ведь в Нераку собираешься, верно? — спросил наконец Гилтанас.

Танис молча кивнул.

— А твои друзья? Они идут с тобой?

— Не все, — ответил Танис.

Он не договорил: от воспоминания об их самоотверженной преданности перехватило горло.

Гилтанас рассеянно гладил рукой деревянный столик, покрытый замысловатой резьбой.

— Ну, мне пора, — тяжело проговорил Танис и двинулся к двери. — Дел еще невпроворот. Мы хотим выйти в полночь, когда закатится Солинари…

— Погоди. — Гилтанас удержал его за плечо. — Я… я хочу сказать тебе… я сожалею о том, что наговорил тебе утром. Нет, Танис, погоди, дай досказать.