Сага о Копье: Омнибус. Том I

Охота выдалась неудачная, и мы пошли по тропе, надеясь подстрелить какого-нибудь зверя. Но потом я заметил, что тропа-то была не звериная. Очень, очень давно ее протоптали человеческие ноги, и вот уже много лет никто по ней не ходил. Я хотел вернуться, но сестра настояла на том, чтобы пойти вперед — ей было интересно, куда приведет нас тропа…

На лице Берема отражалось все большее напряжение; Танис даже испугался, не оборвал бы он свой рассказ. Но Берем продолжал торопливо, как будто его что-то подстегивало:

— Тропа привела нас в… в какое-то очень странное место. Сестра сказала, что когда-то давно здесь, верно, был храм — храм, посвященный темным Богам.

Не знаю. Я только видел, что там повсюду валялись куски сломанных колонн, обвитые мертвой травой… Она была права… там чувствовалось какое-то зло… нам нужно было уйти… сразу уйти с того нехорошего места…

Берем повторил это несколько раз, как молитву. Потом умолк. Друзья сидели неподвижно и молча, и наконец Берем заговорил вновь, но так тихо, что им пришлось нагнуться вплотную к нему. Они начали понимать, что Берем не замечал их и позабыл даже, где все они находились, — память снова вернула его в давно прошедшие времена.

— Я вижу среди развалин нечто прекрасное и удивительное: цоколь разбитой колонны, сплошь усыпанный самоцветами! — В голосе Берема вновь зазвучал благоговейный восторг. — Ни разу в жизни я еще не видал такой красоты! И столько богатства сразу!.. Да как бросить его здесь? Надо взять хоть один камешек… даже один-единственный камешек способен обогатить нас! Мы переедем жить в город, а у сестры появятся женихи! Я поспешно падаю на колени и вытаскиваю из ножен нож… Я уже присмотрел камень, который ну просто невозможно не взять: великолепный зеленый самоцвет, ярко сверкающий на солнце! Он прекраснее всего, что я когда-либо видел.

Поддев его концом ножа… — тут рука Берема совершила быстрое движение, — я начинаю выковыривать камень… Сестра в ужасе. Она кричит на меня. Она приказывает мне остановиться. «Это место — священно! — доказывает мне она. — Камень принадлежит какому-нибудь Богу! Не святотатствуй. Берем!..»

Берем тряхнул головой, лицо потемнело от гнева — того, давнишнего гнева.

— Я не обращаю на нее внимания и продолжаю раскачивать камень, хотя и меня пробирает некий холодок.

«Если он и принадлежал когда-то Богам, они давным-давно его бросили! — говорю я сестре. — Так же, как они бросили и нас!» Она не слушает…

Глаза Берема яростно вспыхнули, в них появился пугающий блеск. Голос его звучал словно бы откуда-то издалека:

— Она пытается оттащить меня прочь. Ее ногти царапают мне руку. «Остановись, Берем! — приказывает она мне. МНЕ, СВОЕМУ СТАРШЕМУ БРАТУ! — Не смей осквернять принадлежащее Богам! Я не дам тебе!..