Сага о Копье: Омнибус. Том I

— Да еще и дышу неправильно. — Кит-Канан уже удивлялся, как это он смог достичь девяностолетнего возраста, будучи настолько неприспособленным к жизни.

Упоминание о дыхании вызвало в его памяти Макели, и Кит-Канан сообщил Анайе, что мальчик до сих пор не вернулся.

— Кели и раньше уходил надолго, на гораздо большее время, чем сейчас, — беззаботно махнула она рукой.

Хотя беспокойство все еще снедало его, Кит-Канан сознавал, что Анайя лучше знает привычки Макели. Именно в этот момент в желудке у него заурчало, и он потер живот, покраснев от смущения.

— Знаешь, я очень голоден, — сообщил Кит-Канан.

Не говоря ни слова, Анайя направилась в дом и через некоторое время вернулась с несколькими копчеными оленьими ребрами, завернутыми в скрученную кору. Кит-Канан покачал головой: интересно, где все это время было спрятано мясо.

Анайя опустилась на землю у костра в своей любимой позе и вытащила из мешка на поясе узкий кремневый нож. Ловкими, привычными движениями она отделила ребра друг от друга и начала есть.

— Можно мне? — в отчаянии попросил принц. Она тут же бросила ему через костер пару ребер. Кит-Канан уже понял, что хороших манер от Каганести ждать бесполезно, а при виде мяса рот его наполнился слюной.

Он схватил ребро, лежавшее на коленях, и начал его обгрызать. Мясо было жестким и имело резкий привкус, но понравилось принцу. Пока он понемногу откусывал от ребра, Анайя уже обглодала кости — быстрее, чем ему когда-либо приходилось видеть.

— Спасибо тебе, — от души поблагодарил ее принц.

— Тебе не за что меня благодарить. Теперь, когда ты съел мое мясо, ты должен делать то, что я скажу, — жестко ответила она.

— О чем это ты? — нахмурился он.

 — Принц Сильванести не подчиняется никому, кроме Пророка и богов.

— Ты сейчас не в Городе Башен. — Анайя швырнула в огонь обглоданные кости. — Здесь дикий лес, и первый закон здешних мест таков: каждый ест только то, что добыл сам. Это делает тебя свободным. Если ты ешь чужую пищу, ты несвободен, ты беспомощный младенец, которого нужно кормить.

Кит-Канан вскочил на ноги и надменно произнес:

— Я обещал помочь Хозяину Леса, но, клянусь кровью Эли, я не стану ничьим рабом! А особенно у грязной раскрашенной дикарки!

— Какое кому дело до того, что ты принц.

Закон обязателен для всех. Или добывай пищу сам, или подчиняйся мне. Выбор за тобой, — просто ответила она и направилась к дереву.

Кит-Канан схватил Анайю за локоть и повернул лицом к себе.

— Что ты сделала с моим мечом и кинжалом? — потребовал он ответа.

— Металл дурно пахнет. — Анайя вырвала руку. — Мне запрещено к нему прикасаться. Я завернула твои вещи в шкуру и убрала из моего дома. Не приноси их обратно.

Кит-Канан уже открыл рот, чтобы накричать на нее, выбранить за такую несправедливость.