Сага о Копье: Омнибус. Том I

Зал был огромным и темным, если не считать столба резкого света, исходящего из неизвестного источника и падающего сверху вниз точно посередине помещения, в дальнем конце которого на возвышении, похожем на судебную скамью, восседал сам Ночной Властелин.

Могучий и коренастый палач, известный как Арбитр, держался в отдалении. Он занимался непосредственно пытками и казнями и страшно любил демонстрировать окружающим огромные бицепсы. Даже сейчас, будучи облаченным в длинную темную мантию, как и все жрецы, он закатал рукава, чтобы лучше были видны перекатывающиеся мускулы.

Темные пилигримы, выполнявшие здесь роль обычной охраны, держались в тени у стен.

Иоланта осторожно вошла, почти не видя, куда ступает; в глазах плавали блики, делающие тьму вокруг еще гуще.

Ночной Властелин наверняка молился Темной Королеве, чтобы получить возможность залить центр зала таким болезненным светом. Помещая жертву в этот яркий столб, окруженный тьмой, он заставлял ее чувствовать себя еще более одинокой и изолированной в тисках неизвестности.

Ведьма осталась стоять недалеко от входа скорее инстинктивно, чем рассчитывая спастись, если дело примет плохой оборот.

Она поклонилась Ночному Властелину — худому и жилистому мужчине под семьдесят, среднего роста. Глядя на его доброжелательное лицо с правильными чертами и длинные седые волосы, всегда аккуратно расчесанные, можно было принять его за доброго дедушку.

Пока вы не заглядывали ему в глаза.

Ночной Властелин видел самые темные глубины Зла, куда только может погрузиться душа человека, и он наслаждался открывавшимися видами. Боль и страдания других приносили ему радость. Даже Арбитр, проводя пытку, видел, как необычно реагирует Ночной Властелин на мучения и крики жертв, даже у палача его поведение вызывало лишь страх и ненависть.

Глаза Ночного Властелина были безжалостны, как у акулы, и холодны, как у змеи. Они меняли выражение лишь при наблюдении за пытками и мучениями.

От его вида Иоланта судорожно сглотнула, изо всех сил стараясь не поддаться оглушающему страху. В конце концов, она близка с Ариакасом, вторым самым опасным мужчиной в империи. Но даже император с неохотой признавал, что Ночной Властелин — первый.

Когда бесстрастные глаза остановились на ней, Иоланта постаралась не показывать своих истинных чувств.

Словно скучая, она перевела взор и стала разглядывать заключенного.

К изумлению Иоланты, жертвой допроса был маг, молодой и носящий черную мантию. Сердце ведьмы сжалось — неудивительно, что Ночной Властелин призвал ее.

— У тебя серьезные неприятности, госпожа Иоланта, — спокойно выговорил Ночной Властелин. — Как видишь, мы изловили твоего шпиона.

Арбитр ухмыльнулся и поиграл бицепсом.

— Моего шпиона? — изумленно переспросила ведьма.