Сага о Копье: Омнибус. Том I

Иоланта взяла Рейстлина за запястье:

— У людей разный цвет кожи, Оррен. Мой друг просто немного своеобразен, вот и все.

Ведьма зашептала что-то в ухо хозяина, и тот бросил на мага заинтересованный взгляд.

— Это действительно так? Ты брат Китиары?

Рейстлин уже собрался ответить, но Иоланта не дала ему ничего сказать.

— Конечно, это он, — протараторила она, — можешь сам разглядеть семейные черты. — Иоланта понизила голос: — И не стоит в эти дни громко произносить имя Китиары.

— Моя дорогая, ты попала в самую точку, — улыбнулся Талент. — Ты действительно похож на свою сестру, сударь, и это комплимент, поскольку она настоящая красавица.

Рейстлин промолчал. Он совсем не считал себя похожим на Китиару, в конце концов, они лишь наполовину брат и сестра. У Китиары черные вьющиеся волосы и карие глаза, доставшиеся ей от отца, отличавшегося мрачной красотой. А волосы Рейстлина, до того как стать после Испытания снежно-белыми, походили на рыжевато-каштановые кудри Карамона.

Чего Рейстлин не понимал, так это того, что их с Кит объединял общий огонь в глазах, решимость идти до последнего и жажда обрести желаемое.

"Теперь Оррен любезно распахнул створку и для мага. Настал час обеда, и в гостинице было тесно и шумно. Иоланта потребовала делового разговора с Орреном, но тот, сославшись на неотложные дела, обещал присоединиться к ней позже, когда немного схлынет наплыв посетителей.

Иоланта и Рейстлин прошли мимо нескольких столов, занятых темными пилигримами, которые при виде их насупились и проводили парочку мрачными взглядами. Маг расслышал слово «шлюха» и посмотрел на спутницу. Судя по заалевшим щекам Иоланты, она тоже все услышала, но притворилась, будто ничего не заметила, и прошествовала дальше.

Несколько солдат отнеслись к ней гораздо более уважительно, почтительно назвав «госпожой Иолантой», многие приглашали ведьму присоединиться к застолью. Иоланта отказывалась, но делала это легко, отшучиваясь, неизменно оставляя после себя доброе настроение.

Она привела Рейстлина к маленькому столику в дальнем углу, под широкой лестницей, которая вела наверх, в номера. За ним уже сидел одинокий воин, но он немедленно вскочил, увидев, кто к нему приближается. С ухмылкой забрав еду и выпивку, он перебрался за соседний столик.

Рейстлин с благодарностью опустился на стул. Хоть его самочувствие улучшилось, он все еще слишком быстро утомлялся. К ним немедленно подскочила девушка-официантка, по пути легко уклонявшаяся от тянущихся к ней рук или резким движением осаживающая зарвавшегося «ухажера» тычком локтя в грудь. Казалось, она давно привыкла и ее это совсем не раздражает.

— Я могу за себя постоять, — сказала девушка, словно прочитав мысли Рейстлина, — кроме того, за мной присматривают мальчики.