Сага о Копье: Омнибус. Том I

«Возможно, если посильнее вытянуться…»

Оливер сделал осторожный шажок к краю, потом другой. Он вытянул шею, высунул язык в сторону ближайшего абрикоса, но, как ни старался, не смог его достать.

— Ширрот, — проворчал дракон и сделал еще один крошечный шажок.

Сейчас искусством рытья подкопов занимаются гномы, рудокопы и мастера подземных работ. Умелый мастер может сделать подкоп под главную башню, стену, даже просто на участке земли так, что, когда тяжелая телега, катапульта, существо или что-нибудь другое случайно окажется на нем, все немедленно обваливается.

Изучающие это искусство утверждают, что оно используется почти исключительно в военных целях и крайне редко применяется лесными народами — эльфами, кентаврами, дриадами… а также живущими в Халькистовых горах друидами.

Однако Л'Индаше Йиман пришлось вырыть подкоп — как наставница, она оказалась весьма изобретательной, для нее не было практически ничего бесполезного.

«Если из этого тоже ничего не выйдет, — рассуждала друидесса, — ну что ж, будет хотя бы о чем рассказать»."

"Но план сработал, и скала сразу же обвалилась под тяжестью Оливера.

Он заскользил по краю глубокого ущелья и с грохотом промчался на бешеной скорости сквозь морозный горный воздух, молотя лапами, пронзительно крича и делая бесплодные попытки ухватиться за поверхность скалы…

А затем отчаяние заставило дракона раскрыть крылья. Верхнюю часть тела охватила странно знакомая сила, снившаяся ему долгими весенними ночами, о которой он не вспоминал до этого жуткого момента. Оливер неуверенно завис над горой и сделал осторожный, неуверенный круг. Со скалы падали камни и отскакивали от его сильной спины, не причиняя вреда.

С восторженным фырканьем Оливер выровнялся, вошел в вираж и воспарил к вершине горы Беркант, набирая высоту, силу и уверенность по мере приближения к крутому пику. Он взревел от счастья, покачивая сверкающими на солнце бронзовыми крыльями, и эхо разнесло его рев по отвесным ущельям Халькистовых гор.

Далеко внизу, у входа в пещеру, столь же самозабвенно смеялась друидесса, опираясь на свою лопату.

Долгой зимой к Оливеру вернулись сны того времени, когда он находился в яйце. Дракон беспокойно метался по пещере, подергивая и стуча огромным хвостом, пока друидесса, измученная бессонными ночами, не собрала внушительную горку из соломы и сухих листьев у входа в пещеру на прочной скале, куда не задували суровые ветра, и не вывела ворчащего баламута на улицу.

Когда безутешный Оливер был усажен на свою новую постель, Л'Индаша вернулась к огню, не обращая внимания на последнее жалостливое «блорт» перед тем, как дракон счастливо захрапел, не чувствуя ни снега, ни холода.

«Теперь он будет считать меня жестокой, — сказала она себе.