Сага о Копье: Омнибус. Том I

"

"Лозланцы — такие гордые граждане — подошли ближе к менестрелю, как темное облако, спускающееся на солнце. Но когда первые звуки музыки достигли их ушей, они замедлили шаг.

Песня ее была грустна.Теперь моя зазвенит струна.

В головах деревенских жителей возник один и тот же подвижный образ — образ младенца, одного в лесу, рядом с деревней, ничем не отличающейся от их собственной. Даже самых бессердечных из лозланцев увлекла история менестреля.

— Представьте, потерять мать, едва родившись, — пробормотал один из сельчан. Другой всхлипнул.

Ребенка баюкал света поток,но он проснулся, когда пришел срок.

Когда ребенок вырос, он стал следить за деревней, особенно заботясь о том, чтобы его не обнаружил местный маг. Вскоре мальчику стали известны все деревенские тайны:

Леса дитя, он знает о том,что слуги тьмы в Поселке Ночном.

Аурэль вполне мог петь и о Лозлании. Он рассказывал о том, о чем не мог знать ни один чужеземец. Это было удивительно и странно.

Время пришло тому, кто смел.Но как преступить колдовской предел?

Голос Аурэля стал громче, а тембр глубже. Сморг бросил вопросительный взгляд на Мойна Ранкеля, который наслаждался моментом своего торжества и ничего не замечал.

Кузнецу удалось поймать взгляд Гликора. Что-то было совсем не так.

Погибнет тьма во веки веков.Я слышу музыку, слышу зов.

Мойн Ранкель, наконец, вышел из своего транса настолько, чтобы увидеть, что Сморг и Гликор неистово машут ему, указывая в сторону ближайшей палатки. Непонятное чувство страха вспыхнуло в его душе, когда Мойн Ранкель поспешил присоединиться к своим давним соперникам.

Злато сгорело, но время придет,и сын золотой завершит полет.

Голос менестреля уже почти звенел:

Судьбы предначертание зовет.

Прерванное завершения ждет.

Звенел… и был гораздо громче, чем под силу человеческому голосу.

В палатке Сморг закричал на Мойна Ранкеля:

— Ты тупица! Ты хоть понимаешь, кого привел к нам?

Великий предводитель лозланцев смог только открыть рот от удивления — и запнулся.

— Неважно. У нас у всех есть наши кристаллы, а Лозлан поклялся, что будет защищать нас, пока жив! — закричал Гликор.

Заметив испуганное выражение лица Мойна Ранкеля, управляющий схватил предводителя за плечи и бешено затряс:

— Что с тобой, Мойн Ранкель? Что ты сделал?

Снаружи раздался шум хлопающих крыльев, а за ним испуганные крики умирающих жителей деревни.

Трое кинулись в противоположный конец палатки, пытаясь спастись через отверстие в стене.

Освободившись от облаков, солнце вернулось и согрело воздух. С высоты дракон наблюдал, как свет отражается в стремительных водах ручья, восхищаясь, как маленькие струйки упорно бегут вперед, чтобы по дороге превратиться в бурные реки.

«Интересно будет проследить за этим ручьем», — подумал он.