Сага о Копье: Омнибус. Том I

Дру с проклятиями продирался сквозь обломки хижины. Ульвиан выкрикнул:

— Нам надо бежать! Сюда идут рабочие!

Волшебник, продолжавший яростно рыться в мусоре, даже не удостоил его ответом. Фельдрин снова застонал, уже громче. Ульвиан пробрался к нему через обломки голема. Оттолкнув тяжелую глиняную глыбу с тела гнома, он опустился на колени рядом с ним.

— Я сожалею об этом, мастер Фельдрин, — произнес принц. — Но несправедливость влечет за собой насилие.

Гном закашлялся, и на губах у него показалась струйка крови.

— Не связывайся с Друлетеном, мой принц.

— Ага! — вскрикнул колдун, падая на колени.

Отшвырнув в сторону кусок холста, он обнаружил золотую коробочку. Но, едва наклонившись, чтобы подобрать ее, Дру, вскрикнул от боли и снова уронил ее.

— Ты, грязный червяк! — взвыл он, обращаясь к Фельдрину. — Ты положил амулет в заколдованный ящик!

Но Фельдрин уже потерял сознание, и проклятия Дру пропали зря.

— Иди сюда! — властно рявкнул волшебник. — Подними коробку.

Ульвиан, ответив ему злобным взглядом, огрызнулся:

— Я тебе не слуга.

В конце разрушенной улицы появился первый отряд рабочих из крепости, вооруженных молотами, палками и разнообразными инструментами. Восемь человек подбежали к Мериту и вытащили его из-под мертвой лошади. Воин, неуклюже поднявшись на ноги, выразительно указал в сторону палатки Фельдрина.

— Сейчас не время демонстрировать свою дурацкую гордость! — плевался Дру. — Ты что думаешь, эти идиоты собираются погладить нас по головке за то, что мы натворили? Пора спасаться, а я даже не могу дотронуться до этой проклятой коробки.

"Ульвиан неохотно повиновался, а затем вместе с волшебником, которого трясло как в лихорадке, они побежали к загону, находившемуся у подножия восточного склона. Принц поймал двух лошадей, приземистых горных пони, и помог ослабевшему Дру взобраться на одного из них. Беглецы, без седел, сломя голову выскочили за ворота, распугивая попадавшихся на дороге животных. К тому времени, как разъяренные рабочие достигли загона, все лошади разбежались, а от преступников осталось лишь быстро увеличивающееся облако пыли.

Мерит грелся у огня, который трещал и искрился в широком каменном очаге неподалеку от палатки Фельдрина Полевого Шпата. Несмотря на сильно поврежденную левую ногу, эльф настоял на том, чтобы лично стоять на страже у дверей главного строителя. Лагерь погрузился в тишину, не видно было ни малейшего движения, кроме колеблющихся в очаге языков пламени. Лейтенант плотно обмотал вокруг горла плащ, защищаясь от подбирающегося холода.