Сага о Копье: Омнибус. Том I

Твой гнев выходит из-под контроля и причиняет тебе неприятности. Друлетена не так легко было вывести из себя.

Ульвиан опустился на колени и пошарил под полками, уставленными свитками. Пальцы его нащупали амулет. Он оказался теплым, как живое существо.

— Дру был не таким уж безупречным, — ответил принц, отодвигаясь от полки и устраиваясь на полу.

Да, знаю, и его убил тот, кто похитил твое право первородства.

Ульвиан положил амулет на пол.

— Зеленые Руки, — криво усмехнулся он. — Теперь Сильверан — как будто он заслуживает королевского имени.

Это сын твоего отца, но он замечателен не только своим происхождением.

Он наделен силой. Это опасно для нас обоих.

— Какой еще силой?

Древней силой порядка, которая вдохнула жизнь в этот мир. Эта сила не от богов, она древнее богов.

— Эта болтовня мне ничего не говорит, — покачал головой принц. — Все, что мне нужно, — это обещанное мне с рождения место на троне!

Тогда Зеленые Руки должен умереть.

Мысль, высказанная вот так, напрямик, заставила Ульвиана умолкнуть. Долгое время он размышлял об этой возможности и наконец ответил:

— Нет, убивать его нельзя.

Как бы тщательно это ни было проделано, подозрение падет на меня. Этого не должно произойти. Я хочу, чтобы этот выскочка был опозорен, а не убит. Я хочу, чтобы народ, включая отца, сам пожелал видеть меня на троне. — Стиснув челюсти, он добавил шепотом: — Особенно мой отец.

Теперь настала очередь амулета задуматься. Наконец он ответил:

Ты достойный наследник Друлетена.

Ульвиан улыбнулся, наслаждаясь похвалой.

— Я во всем превзойду этого низкородного колдуна, — самодовольно произнес он.

— Очень рада познакомиться с тобой, принц Сильверан.

Сенатор Иртения поклонилась Кит-Канану и его сыну. Они находились во внешнем зале Башни Талас-Энтии. Пророк собирался представить своего новообретенного сына сенаторам Квалинести и понимал, что те не проявят такого энтузиазма, как простой народ.

Женщина- Кагонести пристально изучала Сильверана. Он был одет в простую белую мантию с зеленым поясом. Его длинные волосы сверкали в свете дня, лившегося в окна.

— Это публичное представление вчера было неплохим ходом, — сказала Иртения. — Как тебе удалось добиться подобного?

Эльф, когда-то известный как Зеленые Руки, непонимающе посмотрел на нее и ответил:

— Не понимаю, о чем ты.

Я был очень счастлив, когда приехал в город. Народ отнесся ко мне дружелюбно. Это все, что я могу сказать.

— Мой сын обладает некими способностями, — заметил Кит-Канан. — Они перешли к нему от матери.

Верханна, стоявшая у дальней стены, подняла брови.

— Очень полезный дар, — сказала Иртения. — Но в состоянии ли он управлять государством, Великий? Я знаю, что таковы твои намерения.