Сага о Копье: Омнибус. Том I

Минотавр боялся полетов, а тем более ночных, и к тому же устал. Сами драконы тоже явно устали и, поразмыслив, решили приземлиться.

Первым начал снижение Стремительный, за ним все остальные драконы. Вот бронзовый дракон окунулся в молочное море облаков, затем — серебристая драконесса."

"Холодная мгла окружила рыцаря — он не видел даже голову своей драконессы. Где-то внизу слышались резкие скрежещущие звуки. Хуме показалось — бушует гроза. Вскоре они вырвались из облачной пелены и полетели над землей.

Они ошиблись, полагая, что находятся уже за пределами вражеской территории.

То, что драконы и их всадники увидели на земле, не могло привидеться и в страшном сне.

Внизу шла жестокая битва. Люди и людоеды бились насмерть. Уже вся земля была сплошь усеяна трупами. Это было жуткое зрелище. Повсюду, насколько хватало глаз, сверкали мечи и секиры. Драконы Такхизис постоянно атаковали ряды рыцарей Соламнии — они не щадили даже людоедов, если те оказывались слишком близко от рыцарей.

Казалось, что драконы зла вот-вот одержат победу и даже отчаянная смелость рыцарей и драконов добра не может ничего изменить.

Глядя сверху на поле битвы, Хума ощутил, что надежды на успех в его душе гаснут.

— Здесь — сама Такхизис, — тихо сказала драконесса. — Она захватила уже почти весь Кринн. Я и не думала, что она настолько сильна. Ее сила намного превосходит нашу.

Да, именно так все и было. Хума в отчаянии закрыл лицо руками, его зазнобило.

— Посмотрите вперёд, Хума. Видите? Он попытался рассмотреть что-либо в туманной мгле и наконец сумел разглядеть очертания города.

— Вингаардская Башня! — завопил впереди Кэз.

Да, битва шла у самых стен столицы Соламнии. Государь Эйвандейл, громко крикнув, показал рукой направо. Золотой дракон сражался с двумя красными. Схватка была отчаянной.

Поняв, что золотой дракон вот-вот погибнет, Стремительный вместе с Кэзом, сжимавшим могущественное Копье, бросился в бой.

Вокруг маленького отряда Хумы сразу же оказалось множество драконов, в основном вражеских. Мелькали когти и зубы, слышались крики и стоны, лилась кровь, падали мертвые.

Драконы тьмы еще ничего не знали о Копьях. Возможно, Дракос не пожелал рассказать о них, чтобы не вызвать панику в рядах своей армии.

Как ни странно, на Копьях не оставалось ни следов крови, ни царапин. Они продолжали все так же ярко светиться.

Драконы Такхизис стали в панике удирать прочь — свечение Копий они. приняли за свет, исходящий от самого Паладайна.

Позорное бегство драконов тьмы вызвало замешательство во всем лагере противника. Замешательство очень быстро переросло в настоящую панику.