Самая грешная ночь

— Врееешь, — растянул, улыбаясь. — И ты даже сама не представляешь, насколько сильно желаешь… Хочешь покажу?

Отрицательно качнула головой, не выпуская пальцев из его волос.

— Лгунишка… — прошептал у моих губ и приник к моей шее, легонько покусывая.

Касание его жёсткой щетины к моей коже, вызвали миллион мурашек на теле, а после второго укуса я тихо вскрикнула, и сама нашла его губы, чтобы повторить наш поцелуй.

Я отлично понимала, что он меня не отпустит, сколько бы я не сопротивлялась. Его серьёзный настрой был очевиден. Начни я сейчас вырваться, это ничем хорошим для меня не закончится. А значит, нужно сделать, как он просил. Расслабиться и… поддержать его игру, которая начинала меня саму захватывать.

— Эмма, — прошептал блондин, лаская ладонью мою грудь. — Тебе ведь нравится это…

Что было толку лгать ему и… самой себе. Я, действительно, испытывала сумасшедшее возбуждение.

— Да, — выдавила из себя, не открывая глаза. — Безумно…

— Колибри… — хрипло произнёс моё прозвище и с диким рыком задрал мои юбки к груди.

— Дэвид, — выдохнула, стараясь сдержать его напор, который пугал. — Ох… — выдохнула, смотря на силу и мощь его рук, от которых дух захватывало. Убрав пальцы с его запястий, позволила с оглушительным треском разорвать атласную ткань платья, и обнажить мои бёдра.

— Отвратительное платье, — скривился он. — Обнажённой ты смотришься гораздо лучше, маленькая… — окинул взглядом мою судорожно вздымающуюся грудь, опустил глаза ниже и стал жадно ими пожирать оставшийся маленький клочок материи у развилки моих ног.

Он не причинит мне боли… — уговаривала себя. Не навредит… он обещал…

Тяжело дыша, крепче сжала свои веки, решив больше не сопротивляться его рукам, а напротив, сделать так чтобы они доставили мне ещё большее удовольствие.

— Открой глаза, — потребовал он. — Не смей закрывать их…

Его ладони вернулись на мою грудь. Стали сжимать её, погружая в сладкую негу. Медленно прошёлся руками вверх к шее, сомкнул на ней свои пальцы…

Испугавшись, что он может мне навредить, мотнула головой, пытаясь освободиться. Видя мой страх, мужчина ухмыльнулся и переместил их на мои губы.

— Открой ротик, — произнёс, смотря мне в глаза.

Прошёлся двумя пальцами по подбородку и снова коснулся губ.

— Смелее, Эмма. Вбери их себя… — улыбнулся, успокаивая меня своим взглядом.

Послушно приоткрыла губы и позволила его пальцам проникнуть в мой рот.

— Оближи их. Представь, что это нечто иное… — не стирая с лица улыбку, шептал Дэвид. — Отпусти себя.

Вторая рука продолжала играть с моими сосками, заставляя помутиться моё сознание, и я, простонав, стала медленно, порочно посасывать его пальцы."

"— Умница, девочка, — прохрипел мужчина, высвобождая свои пальцы из плена.