Самая грешная ночь

— Ричард! — задыхаясь, крикнула, когда обрела эту способность. — Не хочу! Не делай этого. Нет….

Оказавшись с ним в замкнутом пространстве за закрытой дверью ванной комнаты, мне стало до безумия страшно. Ноги едва держали. Тело стало словно парализованным.

— Я — не Ричард, — рявкнул он. — Не стану с тобой церемониться. Хочешь сохранить свою красоту, делай так, как я хочу, — выплюнул мне в лицо угрозу.

Схватив меня за волосы, опустил на пол перед собой. Стал расстёгивать ремень, давая понять, чего от меня желает.

— За тобой долг. Выполняй то, что должна… — проговорил хищно, освободив свою возбужденную плоть. — Отрабатывай его! Живо! Иначе очень пожалеешь…

Мир качнулся. Реальность сузилась до его голоса. До его слов, что он произнёс.

Я — вещь. Кукла для плотских утех Фостеров. Мой долг существовал. Его нельзя было отрицать, но…

— Дэвид, прошу, — пискнула, делая ещё одну попытку до него достучаться.

— Ты оглохла?! — до боли стиснув мои волосы, рявкнул он. — Или думаешь, что я шучу?

Обхватив пальцами другой руки мою челюсь, заставил её разжать и принять в рот его каменное естество."

"— Глубже, — прорычал, проникая в меня до самого горла. — Ещё!

Давилась. Слёзы ручьем текли из глаз, но я ничего не могла сделать. Задыхаясь, принимала его грубость, мечтая, чтобы это как можно быстрее закончилось. Он вколачивался как одержимый, заставляя захлёбываться. Стонал от удовольствия, шептал непристойности, а я молила небеса лишь о том, чтобы его разрядка наступила как можно быстрее.

— Теперь сама, — приказал мне. — Работай так, чтобы мне нравилось… или… может, желаешь, чтобы я тебя трахнул? Ты только попроси, — ухмыльнулся, освобождая мой рот.

— Нет! — прошипела ему в ответ. — Ты мне противен. Скорее умру, чем позволю себя поиметь.

— А Ричарду стало быть позволишь? Я прав? — оскалился волком, прищурив глаза.

Ничего не ответив, принялась ласкать его ствол. Доводить до разрядки, понимая, что этот ублюдок меня не отпустит, пока я не сделаю, чего он желает.

— Да, Эмма, — закатив глаза, шептал сквозь зубы. — Умница, девочка. Ты невероятна… — хмелея от удовольствия, стонал он. — Ещё…

Внезапно, за спиной Дэвида дверь распахнулась, и на пороге появился Ричард.

Его взгляд был мрачен. Чернее ночи. Ноздри трепетали в ярости, а пальцы были крепко сжаты в кулак.

— Присоединяйся, брат, — широко улыбаясь произнес Дэвид. — Мы уже разогреваемся. Правда, моя девочка?

Всё было как в тумане. Не слышала голоса блондина. Я словно оглохла. Оцепенела от уничтожающего взгляда Ричарда, которым он будто вгрызался в меня. Вонзался… Выбивал почву. Сшибал с ног. Навзничь… Мысленно летела в пропасть, но по факту…не удавалось даже шелохнуться. Продолжала стоять на коленях.