Самая рыжая в Академии драконов

— Браво, девушки! — прозвучал из-за двери насмешливый голос Оливии. — Боевики все же правы: вы не «Умницы академии великого Элиоса Драка», а самые обычные «Уведы»!

Она, видимо, продолжала распекать девчонок, а я с гордым видом вышла на улицу. Снаружи цвел душистый май. В аптекарском дворе на острове целителей тоже что-то активно зацвело, и оно распугало зловоние от растения, распустившегося накануне в Разломе. Пахло тонко и сладко.

Подруга догнала меня на тропинке возле одной из многих каменных статуй драконов. После того, как на племянницу нашего декана из лап статуи упала книга, мы старались обходить изваяния по дуге. Я уже успела надышаться ароматом цветов, перехотела плакать и перестала беситься.

Оливия с усмешкой заявила, что тоже вышла из клуба и так шарахнула дверью, что со стены отвалился кусок штукатурки. Когда она выходила из здания, по лестнице к «Уведам» спускалась госпожа Сноуф, страшно недовольная шумом в административном «склепе». Секретарь ругалась, что ректор решает важные вопросы, а студенты устроили возмутительный бардак.

Знали мы эти «важные вопросы»! После обеда великий Элиос Драк дремал, но я полагала, что легендарный сон дракона, разменявшего шестую сотню лет, можно потревожить только некромантский ритуал с барабанами, но не хлопнувшая дверь. Пусть и закрылась она… громоподобно.

Как в насмешку, Рэдвин сидел за тем же столиком, за которым мы в прошлый раз изображали «страстный» публичный поцелуй с Блайком. Я молча бросила на лавку сумку и уселась рядом с ним, опершись спиной о край столешницы.

— Собрание не задалось? — понятливо усмехнулся Даррел.

— Сегодня не только у тебя паршивый день, — вздохнула я и потерла переносицу. — Зачем ты вообще предложил это дурацкое пари?

— Ты попала под горячую руку, — внезапно признался он. — У меня были не самые приятные выходные, староста. Вернулся в академию, а тут ты подлетела…

— Чудесно, Даррел! — буркнула я и вздохнула: — Как же мне хочется, чтобы все забыли об этом нелепой истории с Ником!

Внезапно тускло мерцающий на руке Рэдвина знак вспыхнул в полную силу.

— Я могу тебе помочь, староста.

Я посмотрела в его сторону:

— Как?

Секундой позже он склонился и прижался мягкими губами к моим губам. От изумления я вытаращилась, но не успела его оттолкнуть — Рэдвин зафиксировал мой затылок одной рукой. И закрыл глаза! Я могла видеть веснушки у него на щеках и рыжие густые ресницы, такие длинные, что позавидует любая девчонка. Он отстранился.

— Ты в своем уме? — прошипела я и поспешно вытерла губы тыльной стороной ладони, стараясь стереть ощущение нежеланного поцелуя.

— Уверен, теперь о тебе и Блайке никто не вспомнит, — с нахальной улыбкой пояснил Даррел. — Все, как ты хотела.