Самая младшая из принцесс

Я понимала, что сэр Генри намерен поговорить со мной о том, что случилось вчера, и не собиралась отказываться от этого разговора, поскольку хотела попытаться узнать то, что в первую очередь, интересовало меня саму.

Так пролежав в ванной битых полчаса, я наконец позвала Марию, и горничная пришла с теплым полотенцем и халатом в руках.

— Леди Элизабет! — произнесла она и я поняла, что такое обращение моему слуху приятнее, чем высокопарное — Ваше Высочество.

Она помогла мне надеть халат, и мы вернулись в спальню, где, усевшись перед камином, закуталась в тепло, идущее от огня.

— Скоро обед, — проговорила я тихо. Мария как раз заканчивала с моим гардеробом. Она оглянулась на меня, в ожидании дальнейших указаний.

— Я хочу, чтобы ты принесла мне еду сюда, — продолжила я, — мне хотелось бы немного полежать.

— Конечно же, леди Элизабет! — Мария поклонилась и бесшумно выскользнула за двери, оставив меня сидеть перед камином с еще влажными и распущенными волосами.

Огонь привычно вспыхнул, разросся, как огромный, распустившийся бутон невиданного цветка, я догадалась, что произошло.

— Милорд! — сказала я сухо. — Вы не находите это верхом наглости, подсматривать за мной таким образом?

Огонь вздрогнул и принял очертание знакомого лица.

— Мне только что передали, что вы не спуститесь к обеду, — сказало пламя.

Я запахнула потуже халат на груди, надеясь, что ничего лишнего господин опекун не сможет разглядеть и ответила, что просто устала.

— Скажите прямо, — отозвалось пламя, — Генри, вы вели себя как последний болван и я не желаю вас видеть!

От этих слов и голоса, искаженного пламенем, рассмеялась.

— Очень точно подмечено! Я действительно не желаю вас видеть!

— Я так и знал, — пламя вздрогнуло, — но вы же спуститесь на ужин, Элиза? — тон опекуна, словно подчеркнутый треском огня, был каким-то хрипловатым и неживым, но это все равно был Его голос. Голос мужчины, которого я любила.

— Я подумаю! — ответила я и добавила. — Вы мешаете мне отдыхать, милорд.

— Прошу прощения! — лорд Финч был подозрительно любезен, и я понимала, что ночной разговор с охранником имел место быть.

А когда пламя вернуло свою первоначальную форму, я даже немного расстроилась, подумав, что сэр Генри мог бы и задержаться, придумав любую тему для дальнейшего разговора, но нет. Он решил быть джентльменом.

«И ладно», — решила, понимая, что на ужин точно спущусь вниз. Сейчас же, подсушив волосы, перебралась в кровать и стала дожидаться обеда.

Мария не заставила себя долго ждать. Вернулась с подносом, полным вкусностей и, наевшись до отвала, я забралась под одеяло, понимая, что отдых мне сейчас крайне важен.